|
Я не знаю, что у остальных — если огнестрельное оружие, то он послужит мне щитом от пуль. «Вальтер» в кармане есть и у меня… Ножи! Оставшиеся двое выхватили ножи, один двинулся вправо, другой влево, обходя меня с двух сторон. В действиях их чувствовались немалая слаженность и опыт, на дело они шли явно не в первый раз — но для меня они были не противниками… Прежде чем они успели понять, что происходит, я со всей силы швырнул оглушенного главаря в того, что подходил слева — со стороны моей слабой руки. Мне нужно было выиграть всего пару секунд — но добился я даже лучшего. Главарь напоролся брюхом на нож, который готовился для меня, — и оба, главарь и его сообщник, полетели на асфальт… Сдвинувшись в сторону и вперед, я повернулся к тому, что оставался справа, — его рука, вооруженная ножом, уже летела ко мне — он пытался нанести секущий, размашистый удар, целясь мне в горло — надо сказать, необычная техника. Правой рукой я поймал и остановил его руку, левой ногой, особо не церемонясь, со всей силы ударил в пах. В училище за такой прием можно было получить несколько нарядов вне очереди, там противника добивали по-другому — но здесь было не училище. Здесь был Бейрут, была женщина, которую я должен был защищать, — и поэтому я применил самый простой и самый эффективный прием. От такого удара в пах он оправится не скоро. Третий противник уже поднимался, но не успевал — я просто и тупо пробил ногой в лицо — как в футболе при исполнении пенальти. Бандита отбросило назад, мне даже показалось, что я услышал, как его затылок хрустко раскололся об асфальт… Готовы. Все трое… Я обернулся. Юлия стояла у стены — она не убежала. Глаза ее блестели в темноте, будто алмазы… — Садись в машину! — Было уже не до «куртуазности»… Чтобы она побыстрее пришла в себя, я весьма невежливо схватил ее за руку, подтащил к машине, открыл дверцу. В любой момент могла появиться полиция — а объясняться с ней совсем не входило в мои планы… — Садись, говорю! Захлопнув за ней дверь я, как в остросюжетном синематографе (ну надо же произвести впечатление на даму!), перекатился по капоту, в мгновение оказался около водительской дверцы, скользнул за руль. Мотор отозвался злобным рыком на поворот ключа… — Производит впечатление… — Юлия тяжело дышала, как будто только что долго бежала… Это еще не впечатление… В училище одним из упражнений было такое — шесть минут на ринге против шестерых противников. Сначала с голыми руками против голых рук, затем с голыми руками против палок… Ничего не отвечая, я рванул машину с места — так что недовольно завизжали покрышки… Женщины любят воинов… Еще больше они любят воинов-победителей. Во времена Римской империи знатные римлянки отдавались выжившим в бою гладиаторам — прямо под ареной, на грязном полу. Когда мы доехали до аль-Рашидин, девятнадцать, она спросила, не желаю ли я выпить кофе, чтобы прийти в себя. Я был бы полным кретином, если бы отказался… Бейрут, мечеть 16 июня 1992 года В отличие от мечети Омари, перестроенной в 1291 году из христианской церкви, или мечети аль-Амин, эту мечеть почти никто не знал. Маленькая, расположенная в районе Тайонех, она была рассчитана всего на пятьдесят-семьдесят правоверных, желающих вознести молитву к Аллаху. Ее минарет вытягивался в небо всего на пятнадцать метров — до уровня пятого этажа. И это тогда, когда крупнейшая мечеть на Ближнем Востоке — в Мекке была рассчитана на десять тысяч молящихся и имела минарет в сто двадцать метров высоты, а в Казани на пожертвования строилась еще большая по размерам мечеть. Но эта мечеть была хороша хотя бы тем, что любой новый правоверный был бы безусловно замечен, а проповедующий здесь имам подозревался контрразведкой в связях с Аль-Каидой. |
