|
Возможность узнать, как пользоваться теми объектами из Бреши, о назначении которых мы не имели даже догадок. Ну а главное, знание того, как можно нейтрализовать это здание, уничтожить оружие до того, как Пилгрим сумеет найти возможность пустить его в ход. Мы должны были попытать счастья и имели все основания стремиться сделать это как можно скорее. Четыреста тысяч человек находились в пределах радиуса поражения ядерного устройства, при этом привести его в действие мог случайный разряд молнии, обесточивший здание, или грузовик, врезавшийся в цокольный этаж, что могло изменить нагрузку на детекторы. И как мы могли застраховаться от последствий: предложить жителям Цюриха массовую эвакуацию?
Пэйдж так переживала, что ее глаза увлажнились. — Только все оказалось напрасно. Мы испытали «Шепот» в БАУ, как он и предлагал. Безрезультатно. — Полагаю, после того, как ему пришлось оставить вам «Шепот» и бежать, он мог предвидеть возможность, что вы наткнулись на его записи, а значит, будете транспортировать «Шепот» туда и обратно, — заметил Трэвис. Она с горечью повела бровями. — Думаю, да. — Он ведь обвел это место красным, верно? Пэйдж посмотрела на него внимательнее, ее глаза сузились. — Верно. Ну и что? — А еще какое-нибудь место в тетрадке было обведено таким же образом? — Нет. К чему вы клоните? Думаете, он все это подстроил заранее? За столько времени? Обвел это место красным, чтобы мы заглотили наживку? — Не знаю, — вздохнул Трэвис. И действительно, он не знал. — Нет, это невозможно, — проговорила, поразмыслив, Пэйдж. — Эти записи были сделаны за полтора десятка лет до того, как он бежал из «Пограничного города». Невозможно строить планы на такой длительный срок. Ну, как он мог предвидеть, что будет вынужден оставить «Шепот» нам, с тем чтобы заранее разработать способ вернуть его себе? — Не знаю, — повторил Трэвис. Но что-то в сказанном ею все равно не сходилось. Он нутром чуял проблему, просто не мог пока ее вычленить и сформулировать. Взгляд Пэйдж снова опустился к экрану мини-компьютера, к пяти высвечивавшимся на нем строчкам. Проследив за ним, Трэвис спросил: — Можно взглянуть поближе? Она передала ему компьютер.
ГРАВИТАЦИОННАЯ АБЕРРАЦИЯ, ВНУТРЕННЯЯ СВЯЗЬ.
ОПТИЧЕСКИЙ УНИФИКАЦИОННЫЙ ТЕНЗОР, ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ УНИФИКАЦИОННЫЙ ТЕНЗОР
ШИРОКИЙ ОСЕВОЙ НУЛЕВОЙ ДРАЙВЕР, ОБРАБАТЫВАЕМЫЕ ВПАДАЮЩИЕ ГАРМОНИЧЕСКИЕ ПРИТОКИ.
СИСТЕМА РЫЧАЖНОГО ДЕЙСТВИЯ, МЕРТВЫЙ ЭФИР, ВЫХОД УСТРОЙСТВА ДЛЯ ПЕРЕДАЧИ ПОД ПРЯМЫМ УГЛОМ.
ВЫХОД СВОБОДНЫХ ЭЛЕМЕНТОВ, ПОТОК, НАПРАВЛЯЕМЫЙ НА ИЗЛУЧАТЕЛЬ С УСТАНОВЛЕННЫМ ОСЕВЫМ СОПРОТИВЛЕНИЕМ.
Все эти слова для него ничего не значили. И для нее тоже. И похоже, ни для кого другого. Однако при всем этом она вбила их в свой компьютер и наверняка переслала в «Пограничный город», где с ними уже ознакомились лучшие из живущих специалистов. Уже минут пятнадцать как ознакомились, но, судя по тому, что ее телефон молчит, ничего из текста не извлекли. — Наверное, не с моей квалификацией выступать с подобными заявлениями, — сказал Трэвис, — но только сдается мне, писульки эти — сущая ерунда. Неважно, какой этот ваш Пилгрим смышленый малый: если бы он писал послания для себя, то выражался бы яснее. Если в этих фразах и содержится какой-то смысл, то не буквальный. Тут что-то другое. — Согласна, — промолвила Пэйдж. |
