|
Элеонора говорила, как это удачно, что теперь Хантли наконец освободятся от проклятия и мои родители будут покоиться в мире. — Встревоженный взгляд Авроры встретился с глазами Кортни. — Но ведь они не могут покоиться в мире, правда? Потому что бриллиант так и не ушел из нашей семьи. Мой прадед был последним, кто держал этот камень, украв его для себя. «Человек с черным сердцем, который завладеет камнем, будет наслаждаться вечным богатством, но сам превратится в падаль, которой вечно будут питаться другие…» — громко процитировала Аврора. — Бог мой, Кортни! Эта мысль просто пугает меня. И сейчас я чувствую себя ужасно виноватой за то, что мы притворялись, будто все сделали правильно, подарили моим родителям некое подобие покоя, но на самом деле это вовсе не так.
Кортни встала и, подойдя к кровати, села рядом с подругой и крепко обняла девушку. — Теперь послушай меня, Аврора Хантли, — настойчиво произнесла она. — Никакого проклятия нет. Все это выдумано, как и любая другая темная история или легенда, которая передается из поколения в поколение. Их пересказывают воры, потому что это отвечает их интересам. А твои родители были убиты жадными и подлыми негодяями, а не выдуманным проклятием. Черный бриллиант стоит целое состояние. И те, кто рыщет по всему миру в его поисках, стремятся разбогатеть. Никого из них не пугает страшное проклятие этого камня, правда? Неужели ты думаешь, будто они верят, что превратятся в падаль, которая вечно будет привлекать остальных? Вряд ли тогда они стали бы за ним охотиться. Немного отодвинувшись, Кортни взяла Аврору за руки. — Аврора, — продолжила она, и ее голос дрогнул, — когда мне нужны были силы, чтобы пережить смерть папы, ты дала мне их. Ты предложила свою дружбу и поддержку, ты помогла мне. Позволь мне сделать то же самое для тебя. — Она поднялась и подошла к столу, где лежал план. — Если хочешь принести покой своим родителям, то для этого есть только один путь. Нужно отыскать и наказать тех негодяев, которые их убили. Тогда мы отомстим за их смерть, а твое сердце освободится от огромной тяжести. Растерянное выражение исчезло с лица Авроры, уступив место характерной для нее решительности. — Ты права. — Девушка торопливо вытерла слезы. — Как же я жила до твоего появления в Пембурне?! — Она лукаво улыбнулась. — Но еще важнее, как жил Слейд? Я знаю ответ — он не жил. Он так изменился за эти несколько недель… Даже не могу поверить, что это мой брат. Он шутит, смеется, Господи, он даже подмигнул мне. А как он смотрит на тебя… — Аврора умолкла, разглядывая лицо Кортни. — Разве это не чудесно? — Это больше чем чудесно, — тихо ответила Кортни. — Это больше чем рай. Я даже не могла представить, что такое существует. — Она выразительно приподняла брови. — Ты сама все увидишь, когда это случится с тобой. — Я? — Аврора громко рассмеялась. — Да это просто невероятно. Во-первых, Слейд никогда не разрешит мне выйти из дома, чтобы я могла кого-нибудь встретить. А во-вторых, даже не могу представить, что какой-то мужчина сможет заинтересовать меня настолько, что я соглашусь провести с ним всю оставшуюся жизнь. Сомневаюсь, что найдется такой человек, который вытерпит такую неугомонную жену. — Неужели ты так думаешь? — Да. — Решительно кивнув, Аврора потянулась к схеме. — Давай вернемся к работе, пока не появился Оридж и не забрал у нас план. Весь следующий час они внимательно изучали рисунок, строя предположения, кто бы мог его нарисовать. — Если бы тот, кто это написал, оставил подпись или инициалы, — пробормотала наконец Кортни. |
