Он поморщился. Сердце его упало. Судя по всему, он совершенно неверно представлял себе эту женщину. Это надо же: он обещает ей головокружительную карьеру, а она требует от него бриллианты.

— Меня зовут Даймонд Хьюстон, — пояснила она.

— Вот черт, а я ведь подумал… — Джесс пожал плечами. — Впрочем, это не важно, что я подумал. Вы пользуетесь таким псевдонимом, когда поете в этом…

Она рассмеялась.

— Много чести, выступая в этой дыре, пользоваться сценическим псевдонимом. Если хотите, можете также познакомиться с моими сестрами, мистер Игл.

— Джесс, — поправил он девушку. Она пожала плечами.

— Это Куин, старшая из нас. А это Лаки, младшая. У нашего отца было пристрастие к игре, и все наши имена имеют отношение к его увлечению. Мы всегда понимали, что эти имена звучат несколько необычно, но со временем привыкли к ним и даже полюбили их. Правда, девочки'?

Сестры переглянулись и прыснули со смеху.

— Ну, это, я полагаю, ваша семейная шутка, — заметил Джесе.

— Я надеюсь, вы не шутили, когда говорили о пении Ди? — спросила его Куин. По ее напряженному выражению лица было видно, что она принимает эту тему близко к сердцу.

— В жизни не был более серьезным, — ответил Джесс, подняв руку как для клятвы.

Несколько секунд все три сестры смотрели на него, затем Лаки и Куин перевели взгляды на Даймонд, стараясь понять, как отнеслась к этому предложению их сестра.

Даймонд, в свою очередь, смотрела на мужчину, стоявшего в дверях комнаты. Это был или чудесный сон, или кошмар — одно из двух. Только вчера они похоронили Джонни, сегодня продали свой дом за сумму, о которой раньше и мечтать не смели, и вот теперь ей сделано предложение стать знаменитой певицей, предложение заманчивое и одновременно пугающее.

— Не упусти свой шанс, Ди, — поспешила сказать Лаки. — Удача не будет долго ждать. Если ты от нее отвернешься, Джонни в гробу перевернется.

Куин нервно сглотнула.

— Что ж, поезжай, если хочешь, — сказала она. — Но только имей в виду, я с тобой не поеду. Мне всегда хотелось съездить посмотреть Нью-Мексико… и Аризону. Словом, побывать в тех местах, где в воздухе не висит постоянно угольная пыль, которой мы тут все дышим.

У Лаки широко раскрылись глаза. Ей вдруг стало жутко от мысли, что ее оставляют совершенно одну. Но сладкое возбуждение от предстоящих перемен пересилило страх.

— Тогда я отправлюсь на запад, — прошептала она, подумав о Вегасе, о Рено, о всех тех шикарных городах, про которые рассказывал ей Джонни.

Джесс не мог не заметить волнение сестер и в некотором смысле ощущал себя виновником этого волнения. Если бы он не вернулся сюда и не попытался разлучить их, они, может, так и прожили бы всю жизнь вместе.

— Вы можете немного подождать? — спросила у него Даймонд.

Джесс утвердительно кивнул. Он готов был ждать хоть целую вечность.

Она ушла в соседнюю комнату.

К нему подошла Куин. Встав совсем близко, она тихо заговорила; от звука ее голоса у Джесса мурашки побежали по спине: он понял, что эти женщины способны вызывать очень сильные чувства, вплоть до настоящего страха.

— Только не сделайте так, чтобы ей было плохо, — мягко, но внушительно произнесла Куин, неотрывно глядя ему в глаза. — Не дай Бог… Я ведь все равно рано или поздно об этом узнаю. И непременно разыщу вас, Джесс Игл. Где бы вы ни были, я отыщу вас.

Боль разрывала ей сердце. И он чувствовал это. Не успев хорошенько подумать, что именно делает, он взял в ладони ее лицо.

— Вам и искать долго не придется, леди.