Изменить размер шрифта - +
Что ж, он подождет, пока эта женщина надоест Джессу. Он вообще человек терпеливый.

Однако даже терпение Мака стало иссякать, когда через несколько часов упорной работы Джесс вдруг решил заново переписать песню, над которой они бились с раннего утра.

Закончив песню, Джесс опустил гитару и вполголоса выругался:

— Черт побери, Томми, что-то не так… Я чувствую, что это должно звучать совершенно иначе.

— Да, но когда мы покупали эту песню, ты утверждал обратное, если не ошибаюсь? — заметил Томми, еле сдерживаясь, чтобы не повысить голос.

Джесс в растерянности запустил руки в волосы, затем обернулся к музыкантам.

— Извините, ребята, — сказал он. — Придется еще разок сыграть, с самого начала. И когда дойдем до второй строфы, я хотел бы, чтобы мелодия звучала лиричнее, не так скованно, как в последний раз. Эл, понятно, о чем я?

Эл кивнул и расстегнул пуговицу на рубашке, чтобы не так давил воротник. У них с женой намечалось празднование годовщины свадьбы. Рита давно и очень тщательно готовилась к этому празднику. Если бы только удалось записать эту песню, тогда все в порядке: можно будет ночь напролет веселиться в собственное удовольствие. Если только…

Прислонившись к стене так, чтобы Джесс со своего места ее не видел, Даймонд наблюдала за тем, как он разминает затекшие от долгого сидения ноги. Под тканью его рубашки рельефно выступали мускулы. Когда Джесс наклонился, чтобы поднять гитару, мускулы обозначились и на ногах. Даймонд поежилась, представив себе, как Джесс выглядит совсем без одежды; при этой мысли ей пришлось даже прикрыть глаза.

— Итак, еще раз, с самого начала, — попросил Джесс усталым голосом. — И на сегодня будет все. Завтра с утра прослушаю, и, может быть, окажется, что мы все сделали, как надо.

— Так, может, дело как раз в том, что тебе надо выспаться? А сейчас нам стоит разбежаться и…

— Заткнись, Мак! — рявкнул Джесс.

Резкость, с которой были произнесены эти слова, вполне соответствовала гневному взгляду Джесса. Мак сразу все понял и замолчал, но такая реакция патрона ему явно не понравилась. Вообще ему не нравилось, что между музыкантами и Джессом встала какая-то несчастная шлюшка, из-за которой репетиция пошла псу под хвост. И что только Джесс в ней нашел?! Сотни таких же девчонок, и даже лучше, постоянно вертелись вокруг, ожидая, чтобы на них обратили внимание.

Даймонд стиснула зубы. Ей хотелось сделать так, чтобы Мак проглотил обратно свои слова вместе с длинным трепливым языком. Даже не видя лица менеджера, она не сомневалась, что тот улыбается. Уж тут и гадать нечего: Томми улыбается во весь рот.

Ее присутствие на студии действовало на музыкантов как раз так, как предсказывал Томми. Если бы Джесс понимал, какие проблемы она создает для всех, он бы, наверное, сам выставил. Даймонд за порог, чтобы она не служила помехой для работы.

Даймонд не могла до конца понять, что именно подтолкнуло ее на следующий шаг. Может, дело заключалось в том, что она была расстроена, чувствовала себя незваным гостем, а может, она просто заметила невыносимую усталость на лице Джесса.

Так или иначе, но как только группа начала играть, Даймонд подошла к столу, на котором Джесс оставил свою шляпу, надела ее на голову и принялась ему подпевать.

Ее сильный голос наполнил студию, превосходно гармонируя с глубоким, чуть хрипловатым голосом Джесса. Получилось что-то невообразимое. После каждой строфы, произносимой Джессом, ему вторила Даймонд своим чистым мягким голосом.

Эл распустил галстук и заморгал, скрывая слезы. Он никак не мог понять, кто же все-таки в песне — мужчина или женщина — говорит правду, кто кого призывает воздерживаться от лжи. В этот момент он спохватился и чуть не рассмеялся вслух, поняв, что просто оказался во власти песни.

Быстрый переход