— Но погляди…

— Черт побери, — рявкнул на меня папа. — Говорю же тебе, с ключом все в порядке.

И он продолжал пробовать завести двигатель, выкрутив подсос напрочь, да только все без толку.

— Но, па…

— Да заткнешься ты с этим ключом? — окрысился папа. — Смотри…

Он схватился за ключ и повернул его. Тот чуть поддался, но до конца не дошел, как я и говорил.

— Да, я погорячился, — говорит он.

— Ей-богу, ну и потеха, — произнес дядя Сагамор. — Ну кто бы мог подумать? Папа снова попробовал завести:

— Кажется, сейчас тронемся. Мотор рыкнул, но так ничего и не вышло. Машина не поехала.

— Сдается мне, мотор затопило, — предположил я.

— Явно что-то не так. — Папа выскочил из машины.

Дядя Сагамор тоже открыл дверь и вылез. Они подняли капот и вдвоем уставились на мотор.

— И как ты поймешь, что тут не так среди всех этих проводов? — спросил дядя Сагамор. — Их тут такая прорва, что ни в жисть не разобрать, правильно ли они переплетаются.

Я не удосужился вылезти. И так было ясно, в чем тут дело. Папа заводил мотор, выкрутив подсос, а зажигание все время было выключено, вот мотор и залило. А если бы подсос вкрутить обратно да нажать на газ, то через несколько минут все само собой бы наладилось. Даже странно, что папа не мог с этим разобраться, обычно-то он ловко управлялся с мотором. Но мне было и так неплохо. Сверху ласково пригревало солнышко, в верхушках сосен шелестел легкий ветерок, тишь да гладь. Я развалился на сиденье, задрав ноги на сумку с грязной одеждой, и блаженствовал. Все гадал, когда мы вернемся и успею ли я поплавать с мисс Харрингтон. Вот было бы здорово!

И тут сзади раздался шум мотора. Кто бы там ни рулил, но он явно спешил как на пожар. Через мгновение они уже оказались рядом. Взвизгнули тормоза, и подъехавший автомобиль остановился ровнехонько позади нашего. Я обернулся взглянуть, кто это. Лопни мои глаза, если это не оказались Бугер с Отисом в шерифовском драндулете!

Они резво выскочили из машины, каждый на свою сторону. Оба, как и давеча, щеголяли в белых шляпах, залихватски сдвинутых на затылок, и в коротеньких жакетах цвета хаки, туго перехваченных черными поясами. У правого бедра каждого из них болталось по кобуре, из которых торчали костяные рукоятки револьверов. Словом, выглядели они куда как молодцевато. На физиономиях у них играли довольные ухмылки, как будто они снова хором вспоминали одну и ту же удачную шутку. Золотой зуб Бугера так и сверкал.

Дядя Сагамор выпрямился и поглядел на них, а потом заулыбался, но как-то трусовато.

— Ей-богу, чтоб мне провалиться на этом самом месте, — обратился он к папе, — коли это не шерифовы парни, Сэм. Ты ведь помнишь Бугера и Отиса, правда?

Тут папа с дядей Сагамором переглянулись, почему-то с таким выражением, как будто о чем-то беспокоились, но старались не подать виду. Папа сглотнул, точно ему что-то встало поперек горла.

— Ну да, само собой, отлично помню. Рад снова видеть вас в добром здравии, ребята.

Бугер с Отисом медленно, не произнося ни слова, обошли вокруг машины и встали перед ней, зацепившись большими пальцами за рукоятки револьверов. Они поглядели друг на друга, словно вот-вот лопнут со смеху, но потом разом посерьезнели.

— О.., да никак, у вас что-то стряслось, мистер Нунан? — озабоченно осведомился Бугер. Похоже он обращался не к папе, потому что не спускал глаз с дяди Сагамора.

Но не успел дядя ничего ответить, как в разговор вмешался Отис:

— Да уж, Бугер, мне кажется, у мистера Нунана сломалась машина.