– Это как-то связано с масонством? Я вечно их путаю.

– Потому что они многое позаимствовали друг у друга. Масоны переняли символы, которые использовали компаньоны долга, а также ритуал посвящения и ложи. Что касается компаньонажа, то он усвоил гуманистическую философию масонов восемнадцатого века, близкую к философии Просвещения. Но по сути они преследуют разные цели. Компаньонаж призван обучать и поддерживать людей одной профессии, а масонство – чисто философское объединение.

– Пусть так. Только я все-таки не понимаю, каким образом компаньонаж может действовать в двадцать первом веке…

– Да очень просто. Молодой человек, которому исполнилось восемнадцать, имеющий профессию, вправе попросить, чтобы его приняли в одно из объединений Гильдии мастеров. Если он выдержит испытания по мастерству, которые одновременно представляют собой обряд посвящения, то может приступить к обучению. Его направляют мастера постарше, и он кочует со стройки на стройку.

– Они по-прежнему объезжают всю Францию?

– Может, и не так, как в Средние века, но они действительно перебираются из города в город. В конце путешествия наставники решают, готов ли ученик стать мастером Гильдии. Если да, то отныне его называют «компаньоном». А затем следует третий, завершающий этап, который нужно преодолеть, чтобы стать истинным мастером: создание шедевра. После чего компаньон получает право завести собственное дело и в свою очередь стать наставником. В общем, что-то в этом роде.

– Знаешь, а ты в этом здорово сечешь…

– Компаньонаж косвенно связан с эзотерикой. Это часть моей профессиональной подготовки, Лола.

– А что такое ложи Гильдии мастеров?

– Небольшие местные организации, где собирается несколько компаньонов, чтобы делиться знаниями, помогать друг другу и принимать подмастерьев. Они, как и масоны, регулярно проводят собрания, на которых обсуждают общие дела, соблюдая при этом особую церемонию: ритуал, порядок выступлений и так далее.

– Звучит как-то старомодно.

– А мне кажется, что это вполне разумный способ приобщения людей одной профессии к ценностям не столь искусственным, как деньги.

– Как скажешь… Так или иначе, но наши компаньоны, похоже, вляпались по полной.

– Возможно, они лишь владеют документом, за которым кто-то охотится.

– А как ты думаешь, чем так дорог им этот документ, если ради него они совершили уже четыре убийства? Ты мне показал всего лишь изображение астролябии и какие-то надписи…

– Понятия не имею, – признался Ари. – Хотя утраченная страница знаменитой рукописи тринадцатого века наверняка дорого стоит, все, конечно, гораздо сложнее. А может быть, их интересует то, что написано на этой странице? Нижний текст напоминает игру в поиски клада.

Ари вынул записную книжку и громко прочел:

– «Прежде всего тебе придется проследить за движением Луны через города Франции и других стран. Так ты узнаешь меру, чтобы выбрать правильный путь».

– И вправду похоже на охоту за сокровищами. А ты действительно думаешь, что из-за рисунка и надписей можно кого-то убить?

– Зависит от того, что они означают. Откуда тебе знать: вдруг они указывают дорогу к настоящему кладу! – воскликнул Ари.

– Да-да, конечно! Например, к сокровищам тамплиеров или Иерусалимского храма, – улыбнулась молодая женщина.

– Прежде всего, Лола, я хочу понять, что связывает четырех убитых, не считая того, что все они – компаньоны долга.