“Сушильню” для белья, признанную на “Баяне” неудовлетворительной, следовало заменить на более отвечающую своему назначению. Телефоны были отнесены к поставке заказчика (установка возлагалась на фирму Форж и Шантье), но тип аппаратов не назывался. Участники войны (в своих ответах на вопросы ГМШ в 1906 г.) отзывались неодобрительно о первоначально применявшихся в русском флоте и считавшихся более совершенными, чем европейские, телефонах системы Е.В. Колбасьева (1862–1920). Удачнее признавались применявшиеся на “Баяне” телефоны французского лейтенанта Гальяра и на “Аскольде” — громкоговорящие фирмы Сименса. Возможно, их и предполагали установить вместо системы Гальяраю. Проводники через водонепроницаемые переборки требовалось проводить через специальные сальники.

Улучшить требовалось и подшивку тонких листов под бимсами во всех помещениях, которая на “Баяне” всегда легко прогибалась и имела “некрасивый вид”. Для перевязочного пункта следовало назначить “защищенное место”. В защищенном броней укрытии (предусмотрев и крепление от качки) на время дневного боя требовалось разместить и прожекторы. Шкафы во всех хозяйственных помещениях следовало изготовить из стали, а не из дерева; а бакштаги дымовых труб — из стального троса, а не из цепей. В состав верхнего такелажа надо было ввести изоляторы, а вместо рабочего катера предусмотреть два парусных складных бота длиной по 22 фут. Заказывать уже известные в мире моторные катера, а также спасательные плоты системы Карлея, о приобретении которых Морское министерство вело переговоры еще в 1903 г., составители спецификации сочли, видимо, слишком для фирмы обременительным.

Броненосный крейсер “Баян”. 1903 т. (планы палуб)

Пунктами 24–26 предусматривалось отпустить на корабль “два спасательных буя с фосфористым кальцием, предусмотреть в минной мастерской токарный станок с электрическим приводом, какой был на крейсере “Баян”, а в водяных трюмах “две маленькие помпы” с электрическим приводом вместо прежде применявшихся ручных. Такого рода усовершенствованиями, а их всего вместе с предложениями фирмы набралось, наверное, не менее ста, была отмечена и последующая “работа” над спецификацией крейсера.

Эта кропотливая работа по уточнению конструктивных решений проекта минувшего века была продолжена изменениями в спецификации крейсера по механизмам (журнал МТК 3 18 от 23 мая 1905 г. ст. 201–236), где уточнялось, что толщина 115-мм трубок котлов Бельвиля в нижних рядах должна была составлять не менее 6,5 мм.

Еще 32 добавления было внесено в уже отпечатанный русский текст спецификации, подписанной Форж и Шантье его петербургским представителем А. Тами и членами МТК 24 июня (7 июля) 1905 г.

Фирма могла быть довольна. Все изменения не затрагивали всерьез тип, конструкцию и устройство корабля. Сохранялось стародавнее (со времен 1839 г., когда его предложил англичанин Раттсон), рулевое управление, дополненное парогидравлическим приводом с бегающей на тросах поперечной тележкой-ползунком (система Стапфер-Дюкло), а в снабжение шлюпками деликатные русские заказчики не посмели внести ни одного моторного катера.

По-прежнему неимоверно велик — 150 мм — был вырезной просвет боевой рубки, а угол возвышения орудий, словно в насмешку, составлял для 8-дм калибра лишь 22° и для 6-мм — 25°. Приходится согласиться с мнением В.А. Алексеева-Брута об отсутствии в проекте крейсера “каких-либо новых мыслей”. Уровень проекта был предрешен, и МТК в лучшем случае мог лишь напоминать (в спецификации это было сделано ровно 41 раз) о необходимости сохранения отдельных решений по образцу “Баяна”. Так сохранилась мебелировка помещений (“из дерева и железа”), система парового отопления, порты для погрузки угля, командная мебель, состав шлюпок (с добавлением двух складных парусиновых), спасательные буи, масляные фонари, абажуры в офицерских каютах, электроарматура, освещение, станки в мастерских, двигатель “блиндированного типа” для поворота 8-дм башен (за 1,5 минут при крене до 8°) и т.