…Он до самого конца не верил в то, что сейчас произойдет. Ну повесить, расстрелять, утопить, на кол посадить, наконец — да мало ли этих способов убийства! Но чтобы из него сделали животное?! Разве так можно?!!

И только тогда, когда двое здоровяков в красных шейных платках поволокли его к большой деревянной лавке, от которой в этот момент отвязывали Рыжего, зажимавшего руками окровавленный пах — только тогда он понял, что это — на самом деле. И заорал так, что люди на площади шарахнулись в стороны.

Его ловко прикрутили к лавке и над ним склонились два человека в марлевых повязках на лицах. Один из них похлопал его по щеке:

— Не дергайся, дурашка. Больно не будет…

…Мы лежим на чистых простынях, под настоящими одеялами. Мы отмылись в банях, нам постирали и зашили одежду — всем, даже девчонкам! Нас накормили вкусным, горячим ужином — с наваристыми щами, пирогами и домашним квасом. Правда часовых я все равно выставил: пятеро выродней все же ушли. Да и кто его знает, что у этих деревенских на уме?

Во время операции над выроднями, которую, как и всегда, проводили показательно, многие из местных жителей испугались, даже плакали, вроде… Хотя живых выродней, после того как их сделали мирными — молодцы санитары, только один умер! — они у нас взяли. Обменяли каждого на мешок муки и десять килограммов ветчины.

И вообще: ведут они себя непонятно. Наших мальков называют «сиротинками», хотя у них, почти у всех, хоть один из родителей жив. А нас — «минусовиков» — почему-то именуют «зверьми» и «беспамятными». А еще они тут в бога верят. Говорят, что им нас бог послал.

Мы пытались им объяснить, что бога — нет, что это только сказки, а есть Вожди Пионерии, которые создали нашу Республику, и если нас кто и послал, так это они и их наследники — Объединенный Совет Дружин. А местные только вздыхают и говорят что мы — еще дети! А какие же мы дети, если этих выродней мы побили, а они — не смогли? Кто же из нас тогда «дети»?

Вот с такими мыслями я проваливаюсь в сон…

Часть 2. Очарованный странник

Глава 1

В Логиново мы провели на отдыхе четыре дня. Правда, «на отдыхе» — это сильно сказано… Мы выясняли у местных дислокацию соседних населенных пунктов, наносили на карту изменения местности, возможные маршруты, границы опасных зон. Пополняли свои запасы, отчаянно торгуясь за каждый патрон и каждую пуговицу из трофеев. Проводили политинформации для детей, подростков и молодежи пионерского возраста, устроили курсы ликвидации технической и боевой безграмотности. А некоторых и просто учили читать и писать! Ничего себе «отдых»!

В конце нашего пребывания в деревне мы в торжественной обстановке приняли семнадцать человек в пионеры, помогли избрать председателя совета отряда и назначить санитаров, юннатов, следопытов, юнармейцев. Тяжелее всех пришлось Негуляеву, которому предстояло собрать хотя бы минимальное тимуровское звено из трех человек и назначить старшего. Но он справился, как и положено тимуровцу…

Было немного странно, что из почти полутора сотен ребят и девчат подходящего возраста, в пионеры пожелало записаться менее двух десятков, но… Деревенские жители, словно забыв, кто избавил их от выродней, всеми силами препятствовали своим детям не то, что вступать в ряды Пионерии, а даже просто общаться с нами. Дело дошло до того, что одного паренька, который, кстати, стал одним из тимуровцев, пришлось отбирать у родителей под угрозой оружия. И предупредить слегка побледневшего бородача, что если он только попробует выполнить свою угрозу относительно физической расправы с сыном, то мало ему не покажется.