Кэрол остановила машину. Этот скелет – совершенно в стиле ее любимой художницы. Джорджия О'Киф любила изображать величественную смерть как начало непрерывного жизненного круга, разворачивающегося в вечности с благословения Создателя, взирающего с небес на творение рук своих.

Кэрол выключила мотор. Когда она вышла из машины и стала осматриваться вокруг, немая тишина сомкнулась над нею. Странное состояние умиротворенности охватило ее. Она будет создавать красоту не ради других, а ради себя самой. В эти минуты природа существует только для нее, и она благодарна ей за это. Выверенными движениями большого и указательного пальцев Кэрол определила нужные размеры объектов в масштабе холста, прикидывая соотношение перспективы и заднего плана, и, пока она делала это, ее все более захлестывала бурная радость от осознания значимости задуманного ею полотна. Сначала она набросает эскизы. Подойдя к машине, она достала большой блокнот для эскизов, карандаш и ластик.

Кэрол села и начала рисовать. Через несколько минут работа полностью захватила ее. Она не думала ни о рысях, ни о змеях, ни о скорпионах, ни о других возможных опасностях, подстерегавших здесь неопытного человека. Она сосредоточилась на самой себе. Окружающий мир перестал существовать для нее. Ход времени Кэрол ощущала лишь смутно, проникаясь и упиваясь уникальностью происходящего с нею в данный момент. Художники, писатели, композиторы порой испытывают такое состояние, когда ими движет некая внешняя сила. Не нужно ни прилагать усилий, ни принимать решения – мысль возникает, созревает и воплощается как бы сама собой, и вот эскиз уже готов. Один за другим сменялись ракурсы, лихорадочно переворачивались листы блокнота, скользил по бумаге карандаш. Кэрол изумленно взирала на плоды своей работы. Неужели это сделала она? Ей казалось, что кто-то водил или что-то водило ее рукой.

Она вновь взглянула на часы. Уже два. Надо бы успеть сделать несколько снимков. Этого места она может больше не отыскать, поэтому надо закрепить свои впечатления. Позже она сможет работать по фотографиям, а какие-то фрагменты уже зафиксированы в эскизах. Всю подготовительную работу нужно закончить до вечера. Время шло. Она установила мольберт и смешала краски на палитре. И вновь кто-то неведомый двигал ее рукой и смотрел ее глазами.

Кэрол почувствовала, что у нее озябли плечи. Она поежилась и огляделась. Солнце стояло низко, посылая на землю косые лучи. Пора заканчивать работу. Едва зайдет солнце, сразу же упадет температура, а на ней только легкий свитер. Она сложила все принадлежности в багажник, не желая уезжать, но понимая, что это необходимо. Затем быстро сделала несколько снимков и на этом поставила точку. День прошел великолепно. Оглянувшись, она бросила взгляд на пейзаж, вдохновивший ее.

Кэрол включила зажигание и запустила мотор. До чего же человек все-таки полагается на технику и зависит от нее. Она проверила показания приборов на панели, просто чтобы почувствовать себя такой же уверенной в себе, как Джек. Давление масла в норме. Бензин на… На нуле! Красный огонек тоже сигналит – горючее на исходе. Нет! Ее охватил панический страх.

Кэрол в надежде, что барахлит прибор, постучала по нему ногтем. Без изменений. Огонек продолжал тревожно гореть. Она попыталась вспомнить, когда же заправлялась последний раз. Наверное, прошла целая вечность. Ей вспомнилось лицо старика-мексиканца, протиравшего ветровое стекло, во время последней заправки. Кэрол заглушила мотор и попыталась сосредоточиться. Что же теперь делать, черт возьми? До этого места она добиралась два часа. Ей не осилить такое расстояние пешком, да еще в ночное время.