Вяземский оценил диспозицию, между ним и оставшейся в живых гигантской паучихой было метров десять. Та что-то готовила. Благодаря маске он видел, как вокруг нее появилось голубоватое сияние, словно пыль, летающая в воздухе в солнечном луче. Поле не слишком плотное, но что-то подсказывало Радиму, что взять его будет не так просто. И самое хреновое, что его резерв почти на дне, светляк, ну, может, что посерьезней, и все, дальше только кукри.

Тварь неспешно тронулась вперед. Она довольно проворно спустилась по трем ступеням, сокращая дистанцию. Радим решил проверить, что же там за барьер. Он рубящим ударом снес лапу мертвому пауку и отправил метательный снаряд точно в морду приближающемся противнику. Да, хорошо, что не сунулся, помимо ментальной магии его враг владел и стихийной. Во всяком случае, при соприкосновении с пылью отлично промороженная полутораметровая лапа отлетела прочь и, упав на пол, разбилась на части. Был бы у Вяземского резерв, он бы за пару минут расколупал бы эту защиту, одна руна гибели, и снесло бы к хренам, а так у него даже на пшик не хватит. Что-то подсказывало, что единственный светляк тоже ничего с этим барьером поделать не сможет. Дальше все перешло с разряд салочек — паучиха наступала, Радим пятился, выигрывая время, изредка уворачиваясь от нитей, которые она в него посылала.

Наконец, банальный огнешар был сформирован и накачан энергией по максимуму. Вяземский влил в него все, что у него было, до последней капли. Огонь -первейший враг холода. Наверное, под ногами валялись руны резерва, пару раз он засекал фиолетовое тусклое свечение, но Дикий не знал, что будет, если он попробует поглотить такую, так что рисковать не стал. Задача у огнешара была одна — пробить морозную защиту, и, если брешь просуществует хотя бы секунду, в нее отправится кукри. Да, он останется безоружным, но, если план сработает, этого будет достаточно, а если нет — побежит за мечом погибшего в тоннеле, по которому пришел. Кукри не создан для метания, но и выбора у Вяземского нет, надо будет потом заказать тройку метальных ножей у Гефеста… Черт, ну почему ему вечно чего-то не хватает?

Огнешар сорвался с руки, преодолел восемь метров, что разделяло его и паучиху, и врезался в защиту. Не было ни взрыва, ни вспышки, просто на короткое мгновение магический огонь окутался в голубоватый кокон, но почти сразу справился с преградой, проплавив дыру примерно в полметра. Да, он уменьшился вдвое и стал размером с бильярдный шар, но этого оказалось достаточно. Он влетел в морду паучихи, и вот тогда полыхнул. Не убил, но глаза выжег. Да и хитин на морде выглядел, словно оплавился. Радим, рванувший вперед, как только шар сорвался с левой руки, сокращая дистанцию, метнул кукри. Тот вошел точно в пробитую брешь, а вот дальше все пошло не по плану, тесак сделал оборот и долбанул тварь прямо в лоб, но не лезвием, а рукоятью. Полыхнуло так, словно кто-то зарядил в королеву из гранатомета. Вяземского отшвырнуло, но летя спиной вперед, он видел, как тушу разорвало на куски, разметав ошметки по всему залу. Одна из оторванных лап просвистела буквально в десяти сантиметрах от его головы, Радима приложила спиной об пол, но он умудрился сгруппироваться и сберег голову. Сцепив зубы от боли в пояснице, на которую пришелся основной удар, он поднялся на ноги и внимательно осмотрелся.