Дав себе подзатыльник, я вытерла слезы и посмотрела в зеркало. Оттуда на меня смотрела симпатичная шатенка с грустными карими глазами и припухшими губами после страстных поцелуев.

- Ты знала, на что шла, вот и не фиг сопли пускать, - тихо сказала я сама себе.

Вздохнув, быстро помылась и, обмотавшись полотенцем, вышла. Глеб уже не спал. Как только я вышла, он улыбнулся и, встав, подошел ко мне.

- Олесь, я...

Договорить я ему не позволила, закрыв ладонью рот.

- Я знаю, проведенная ночь ничего не значит. Не переживай бегать и дергать тебя не буду, - как можно холодней произнесла я.

Убрав мою руку со своего лица, мужчина, прищурившись, посмотрел на меня.

- Лесь, ты дура?

Такого вопроса я явно от него не ждала, и, растерявшись, только открывала и закрывала рот. Воспользовавшись моментом, он меня поцеловал, и, подняв на руки, отнес к креслу, куда сел сам и устроил меня на своих коленях.

- Солнышко, если ты думаешь, что я теперь я тебя отпущу, то глубоко заблуждаешься. Теперь ты моя, и никуда от меня не денешься.

- Что ты имеешь в виду? - нахмурившись, спросила я.

- То ли у тебя еще мозги не проснулись, то ли ты и, правда, дура, - вздохнул мужчина. - Я люблю тебя, фурия ты моя ненаглядная! Думаешь, я от балды бесился, когда ты в этих своих платьях и нарядах в офис ходила? Или просто так в клубе на тебя коктейль вылил?

- Кстати о клубе, - протянула я, знаю, что не нужно сейчас вспоминать ту блонди, но уж сильно она меня тогда задела. - Как блондинка в постели?

- Если ты о той курице, с которой я ушел танцевать, то ничего не было, - хмыкнул он. - Ревнуешь?

- Ну, допустим, - на душе стало очень легко после его слов. Не сказать, что я прям вот так сразу, ему поверила, что он меня любит, но и опровергать его не хотела.

- Хорошо. Впрочем, зря ревнуешь, мне кроме тебя никто не нужен. Если честно, я привез ее к себе, но потом пришел Тарас и капитально так промыл мне мозги. Он довольно убедителен, когда хочет. Девушку я выставил, не забыв вызвать такси, а больше у меня никого не было. Правда и ты не спешила меня замечать. Нам с Тарасом и Ринкой пришлось выдумывать эту командировку, чтобы у меня появился шанс.

А вот это он зря. Медленно встав с его колен, я подошла к прикроватному столику и взяла в руки лампу.

- Выдумывать говоришь? - прошипела я, надвигаясь на него.

Глеб понял, что сказал, а главное кому и по-быстрому вскочил с насиженного места.

- Леся, не кипятись!

- Не кипятится! Значит это вашей троице я обязана своими муками с этим гребанным похотливым уродом, что несколько дней доставал меня своими ужинами и ухаживаниями! - рявкнула я.

- Мне пришлось не лучше! Думаешь, я не ревновал? Да я этого козла прибить был готов!

- Но не прибил же. А вот я тебя точно прибью! - сказав это, запустила в Глеба светильником.

Мужчина увернулся, и скрылся в ванной, задорно хохоча. Сначала я возмутилась его веселью, а потом и меня накрыло смехом.

Через полчаса, когда я уже была одета в джинсы и маечку, из ванной вышел Глеб. Осмотрев меня, он подошел к шкафу и вынул брюки с футболкой.

- Переоденься.

- Что? - изумилась я.

- Переоденься, - повернувшись ко мне и натягивая брюки, сказал он. - Я не хочу каждому бить рожу, кто засмотрится на твою аппетитную попку обтянутую джинсами.

- Да щас! Только шнурки поглажу! Мож, мне паранджу одеть?

- Может, - спокойно согласился он. - Послушай, ты моя, МОЯ женщина, которую я безумно ревную.

- Во-первых, я пока не твоя! - заметив удивление в его глазах, пояснила.