– Наверное, я, – подтвердила Эл. – Вы и это знаете?

– Уолт – старый прожженный навигатор. Он соорудил здесь такую систему, которая даст фору всей команде слежения твоего порта. Он все переговоры отследил, а потом рассказывал нам про тебя за ужином. Вот ведь судьба. Занесло же тебя сюда.

– Потому и занесло, – закончила Эл.

– Бар, – обратился Уолтер к врачу. – Позови Клима.

– Говори, – разрешил Уолес.

– Подслушивать, конечно, не хорошо, но раз вы видели и слышали о моем полете, тогда не надо объяснять, в каком положении я оказалась. Я вступила в контакт с Галактисом. Дело случая. Меня обстреляли неизвестные корабли, спасатели меня подобрали, – начала Эл.

– Пираты обстреляли, – уточнил Уолес.

– Я не знаю. Спасатели Галактиса ремонтировали мой корабль, а капитан оказался землянином. Здесь я это скрыла. Зато я узнала немного о разногласиях между нашими системами. Мне кажется, что обе стороны пристрастны, поэтому я в растерянности. Все было хорошо, я вернулась с чистой совестью, но здесь уже сложилось мнение, что я шпион или еще хуже, что меня подменили. Положение не самое хорошее.

– Плохое положение, – согласился Бар.

– Такой шанс упустить, – вздохнул Клим.

– Не встревайте, – сказал Уолес. – Зачем тебе я?

– Лила сказала, что вы достаточно знаете о Галактисе и развеете мои сомнения на счет их искренности… И посоветуете, как выкрутиться из этой ситуации.

– Нашел! – заорал он. – Нашел ее досье. Она капитан. Это правда, и летала в экспедицию на планету Тобос. Выжило двое из всего экипажа. Это она.

– У вас своя разведка? – съязвила Эл. Надо сказать, что выходка юноши несколько смазала хорошее представление Эл о присутствующих.

– Удивил, – прохрипел Уолтер. – Птенцы из гнезда Ставинского далеко залетают.

Эл почувствовала себя как на рентгене. Четыре пары глаз со всей серьезностью оценивали ее.

– Ну, если вы все знаете, и я так популярна, то, может быть, скажете что-нибудь по существу моего вопроса?

Наступило молчание. Уолес выгнал всех, не принимая никаких просьб и протестов. Когда в комнате стало тихо, он сел напротив Эл на маленькую скамеечку, которую поставил и в упор стал глядеть на неее и молчать.

– Значит, все с экспедиции началось… – заговорил он. – Наверное, если бы могла что-то изменить – не полетела бы?

– Нет. Я бы постаралась всех спаси.

– Врешь. Не надо красоваться. Страшно было.

– Я не вру.

– Что ты делаешь на Плутоне?

– Отрабатываю полетное время. Выполняю ремонтные работы. Так по мелочи.

– Значит, геройства захотелось?

– Я не понимаю, кто дал вам право…

– Злись. Будешь нервничать – меньше наврешь.

– Давайте о деле поговорим, у меня всего пара часов.

– Хочешь опять пробиться в брешь, – усмехнулся он. – Знаю. Мы с отцом Лилы давно шутили по этому поводу. А Лила – молодец, запомнила. Я уважаю твой риск, но извини, то, что ты услышишь, может оказаться слишком горькой правдой. Начнем сразу с Галактиса. Надеюсь, ты уже поняла, что их уровень развития несравнимо высок, мы для них – дикари. Ко всему прочему мы еще и расползаемся по всем соседним системам. Конечно, их гуманный кодекс не позволит нас обидеть, но и у них терпение не безгранично. Так вот. Мы система, находящаяся почти на самой их границе, но рядом с нами огромная область космоса, которая не очень благополучна. Мы дети в космосе и мыслим, как младенцы. Там пираты. Тут Галактис. А мы посередине. Я опущу массу подробностей, связанную с моим личным опытом изучения Галактиса.