Изменить размер шрифта - +

– Какие три литры? Одну литру взяли, две опосля, сказала, отдаст. Мы на литру все сделали…

– Договор дороже денег. Кто меня этому учил?.. Давай, батя, обратно человеком становись. Чтобы я у тебя учился. Чтобы мне стыдно за тебя не было…

Отец долго чесал затылок.

– А тебе за меня стыдно?

– А как ты сам думаешь?

– А если забор поставим, выпить можно будет?.. Я немного, так, для успокоения души.

– К Ваське давай пошли!

Демьян готов был схватить отца за шкирку, но, к счастью, делать этого не пришлось.

Васька Ломов жил в старом бревенчатом доме. Сруб стоял на голой земле, врос в нее, покосился, поросшая мхом крыша просела. Отца у него не было, мать уже три года как преставилась, жена в прошлом году с детьми ушла, потому что не могла больше бесконечные пьянки терпеть. Такая вот невеселая история…

Дверь в дом открыта нараспашку, а чего бояться? Васька пропил все, даже кровати в доме не было, потому и спал он на голом полу на какой-то дерюге. Мочой в доме воняло и дерьмом, похоже, этот придурок справлял нужду в соседней комнатке.

В эту комнату Демьян входить не стал. Он схватил Ваську за ноги, волоком вытащил на улицу и головой засунул в бочку с водой. Ломов с перепугу решил, что настал его смертный час, а ничто так не отрезвляет человека, как страх перед смертью.

Демьян швырнул Ваську на землю, и тот немедленно вскочил на ноги, чтобы с кулаками броситься на обидчика. Но Демьян стоял перед ним, как та гранитная глыба, которую с места не сдвинешь. И еще Васька помнил, сколько в Уварове силы, потому вмиг присмирел. А ведь не слабак он. Ростом чуть пониже Демьяна, в плечах слегка поуже, но кулаки у него такие же крепкие. Во всяком случае, раньше он задавал тон на танцах, если что не так, сразу лез в драку. Сам Демьян когда-то побаивался его. Но все это в прошлом. Сломался Вася, водка превратила его в жалкое ничтожество.

– Дёма, я не понял, ты что творишь? – в сильном душевном расстройстве взвыл Ломов.

– Хватит бухать, Вася. Работать надо. Забор пойдем ставить.

– Да к черту этот забор!

– Ты не черта подвел, Вася. Ты отца моего подвел. Тетя Глаша с бати приходила спрашивать, а не с тебя. Я понимаю, твоя хата с краю, но это будет потом, когда дело сделаем. Когда забор поставим.

– Да пошли вы все!

Демьян ударил Ломова по скуле раскрытой ладонью. Он знал, как бить, чтобы и челюсть человеку не сломать, и с ног свалить.

Васька снова вскочил с земли, сжал кулаки, но на Демьяна не бросился. Страшно ему стало.

– Ну что, работать идем?

– Да не хочу я, – буркнул Ломов.

– А в лоб?

– А чего сразу в лоб?

– А как с тобой еще разговаривать, алкаш ты конченый? Бухаешь, как последняя падла! Мать со свету сжил, жена от тебя ушла. Скажи, ты человек, Вася, или животное? Может, тебя на привязь посадить да колокольчик на шею? А может, в плуг запрячь, землю пахать будешь, хоть какая-то польза… Ну, чего молчишь, вошь ты блохастая?

– Хорошо, пошли забор делать. Только выпить сначала дай.

– На!

Демьян крепко сжал кулак и сунул его Ваське под нос.

– Это тебе занюхать! А выпить я тебе потом налью. Как дело сделаем…

– Ты нальешь?

– Да, я. А ты что, еще не понял? Я за твое воспитание, Вася, взялся. Ты хоть и ведешь себя как черт лагерный, но ты мой зема, Вася. И я хочу человека из тебя сделать… Ну, чего стоишь? Пошли!

К Кузьмичу Демьян заходить не стал. Это бесполезно. Если отца и Ваську еще можно было вернуть к жизни, то для этого только одно лекарство от пьянства – могила.

Быстрый переход