|
Сидела, сидела, ждала, ждала, пока её выманивать начнут. А никто не приходит и не предлагает зоопарк, велосипед и прочие удовольствия в обмен на её возвращение.
Все уже пообедали, посуду вместе помыли. Дедушка поехал на велосипеде в магазин за книжкой "Сад и огород".
— Кому ещё какие книжки купить? — спросил он.
Все заказали.
— Жаль, Бука от нас ушла. Я бы ей тоже книжку купил.
А папа с мамой пошли в зоопарк.
— Жаль, Бука ушла, — сказали они. — Могла бы присоединиться. Просто так. Ни за что. Что нам, жалко?
Остались дома только бабушка на кухне и Бука под кроватью. Бабушка шарлотку пекла.
— Эх, нет у нас теперь Буки, придётся мне самой кожуру от яблока съедать, — вздохнув, сказала бабушка и пошла за вставной челюстью.
А Бука вылезла и заревела. Ну надо же как не везет! В такое время уйти из дома! Примут ли теперь обратно?
Как Бука обрадовалась
Бука очень не любила мыть посуду. Особенно когда посуды много и когда моешь ее в одиночестве.
— Надо купить посудомоечную машину. Или изобрести, — решила Бука, у которой денег было всего на несколько порций мороженого.
И немного подумав, Бука загрузила посуду в стиральную машину. Изобретение удалось наполовину: у некоторых чашек отвалились ручки, две тарелки треснули, зато со сковородой было все в порядке, если не считать неотмытой поджарки.
Бука очень не любила вытирать пыль. Особенно когда… Никогда не любила.
— На что в таком случае пылесос? — сказала себе Бука и пропылесосила полки.
Стало очень чисто. Не осталось ни маминых янтарных бус, ни папиных визитных карточек, ни бабушкиной вставной челюсти, ни дедушкиной пенсии.
Бука очень не любила купаться. И все думала, как бы это так устроить, чтобы не чистить зубы, не мыть шею и не растираться холодным полотенцем.
— Может, попробовать тебя помыть во сне? — предложил папа, ремонтируя стиральную машину: чайная ложка застряла в шланге для слива.
— Нет, во сне лучше спать, а не мыться, — возразила мама.
— А может, просто постираем ее в машине или пропылесосим? Пылесосом с влажной уборкой, — предложил дедушка, сдувая пыль с добытой из пылесоса пенсии в 300 рублей тремя бумажками.
— Пылесос не выдержит, — засомневалась мама.
— Знаю! — придумала бабушка. — Мы не будем заставлять Буку мыться. Вообще не будем ничего заставлять делать!
Бука своим ушам не поверила. Неужели на свете есть еще такие добрые бабушки?
— Да неужели? Правда, что ли? Мне! Можно! Ничего! Не делать! — ликовала Бука. — Как я вас всех за это люблю!
И счастливая Бука на радостях протерла чашки, два раза нырнула в ванну с пеной и не успев высохнуть побежала со всеми своими денежными сбережениями за мороженым. Для всех!
Как Бука соблюдала режим дня и ночи
Бука уже третий раз за час заходила на кухню и утаскивала у бабушки то морковку для борща, то печенье из вазочки, то компот из холодильника.
— Нужно сесть и как следует покушать, — сказала бабушка.
— А я и стоя хорошо кушаю, — ответила Бука.
— Ты не кушаешь, ты безобразничаешь. А питаться надо по режиму.
Бука не знала, что такое режим, и насторожилась. И правильно сделала. Потому что все вдруг вспомнили про режим и стали Буку воспитывать. На стене появилась бумажка с распорядком дня, по которому и должна была жить Бука.
— Бука, уже восемь часов утра, пора вставать, — говорил папа. |