Изменить размер шрифта - +
Зеленый выдвинулся вперед, держа убойное оружие перед собой, а мы

осторожно пошли следом. Под ботинками захлюпала грязь. Впрочем, теперь не было смысла таиться — мы уже достаточно четко обозначили свое присутствие

болтовней и светом. Но кто ж знал, что неприятности начнутся прямо у входа? Полковник, как говорится, был большая сука.
     Зеленый, не доходя до поворота, сдвинул предохранительную скобу и чуть ушел в сторону. Размытые блики скользнули по матово-черной поверхности

сферы шлема, которая была открыта. В лучах наших налобников его бледный профиль с фингалом под глазом выглядел зловеще.
     Я медленно кивнул.
     Зеленый резко сместился влево, заглядывая за поворот и направляя оружие на невидимого для нас врага.
     Выражение его лица изменилось. Теперь вместо решительности и сосредоточенности в глазах блеснуло недоумение. Он замер и несколько секунд не

двигался. Горелой резиной от моего «пузыря» запахло еще сильнее, в ушах застучала кровь, словно бы пытаясь заглушить тихий жалобный плач,

пробивающийся сквозь тугую подземную тишину.
     Наконец Зеленый сделал едва уловимый знак — подойти ближе.
     Мы по очереди, чтобы не мешаться, и не приведи Демоны Зоны, не оказаться друг у друга на линии огня, выдвинулись вперед — благо ширина прохода

позволяла.
     Сначала я краем глаза приметил, как оторопело моргнул Дрой, а затем и сам заглянул за угол.
     То, что я там увидел, в первый миг шокировало. Это просто не вязалось с обычными реалиями Зоны, к которым я привык за многие годы. В Зоне,

бесспорно, царили суровые законы выживания, правота силы и цинизма, зачастую даже власть подлости. Но не до такой же степени, в самом деле.
     Конечно же, я не позволил себе утратить концентрацию и ясность ума. Другой бы на моем месте, может, и растерялся, но нервы бродяги Минора,

слава богу, были в порядке. Палец на спусковом крючке по-прежнему лежал твердо.
     За поворотом тоннель расширялся, образуя некое подобие конуса, в дальней части которого стояли в три ряда лабораторные столы. На стенах висели

выцветшие плакаты ГО со схематичными рисунками-инструкциями, как вести себя при возникновении разных чрезвычайных ситуаций. В углу темнела

облупленная тумбочка со старым дисковым телефоном и учебной динамо-машиной. На полу — по щиколотку воды.
     А за импровизированными партами этого карикатурного школьного класса сидели сгорбленные фигурки детей. Все они уткнулись лицами в столешницы, и

было видно, как маленькие спины в клочках какого-то рванья подрагивают.
     Тихий плач дополнял жуткую картину.
     — Что с ними сделали? — не своим голосом прошептал Дрой.
     Словно в ответ на его реплику один из детей завалился на пол вместе со стулом и зарыдал во весь голос.
     — Уиа… Виа… Пиа… Пиамагите…
     Картина была душераздирающей, но что-то в ней меня сильно настораживало. То ли явно выставленная напоказ динамо-машина, которой в общем-то

здесь было не место. То ли этот громоздкий телефонный аппарат с оборванным шнуром, то ли…
     — Почему ни один из них не поднял головы, когда мы вошли? — сказал я и почувствовал, как мороз скользнул по хребту от собственных слов.
     — Потому что это не люди, — произнес Гост.
Быстрый переход