|
Секс у нее в квартире запомнился на всю жизнь. Все произошло быстро, не успел я сообразить, как наши молодые тела уже сплелись. Натка была куда опытней: снисходительно улыбалась, если я ставил ее в неудобное положение, и сама наскакивала на меня… Заваленная сессия на втором курсе, отчисление и повестка из райвоенкомата. Мне тогда и в голову не пришло «косить». В «учебке» было тяжело, несмотря на то, что я всегда занимался спортом и был KMC по стендовой стрельбе. Многие жизненные ценности ломались и менялись во время долгих марш-бросков, экстремальных прыжков с парашютом и побоищ с «дедами». Но, вернувшись из армии, я понял, что мне очень повезло: я не попал на войну… Двадцать два года. Четкое, казалось бы, понимание целей и видение способов из достижения. Первые удачи в бизнесе, первые серьезные партнеры, первые выгодные депозиты. Первая иллюзия благополучия… Ветерок продолжал приятно ласкать лицо и убаюкивать сознание, погружая в тайники памяти все глубже и глубже. Оказывается, ничего не забылось. Каждая деталь лежала на своем месте, нужно было всего-то стряхнуть с нее пыль, чтобы возродить былое сияние. Никогда прежде за семь лет хождения по Зоне мне не хотелось оказаться в прошлом мире так сильно, как сейчас… — Минор, очнись. — Я открыл глаза. Гост стоял в полуметре от меня и держал на прицеле забившегося в угол контролера. Его оклик, словно удар хлыста, сбил с меня морок, практически поглотивший волю, затуманивший голову. — Этот мозгосос хотел перекинуть ментальные клещи с Дроя на тебя. Я кивнул. Никакого ветерка, конечно же, и в помине не было. «Орда» пискнула: цель была захвачена. — За двумя погонишься — оба и поимеют, — назидательно произнес Дрой, подходя к нам и перезаряжая магазин. — Я же предупреждал, что достану тебя, тварь. А ты дразнился, — усмехнулся Гост. — Капут тебе. — К гадалке не ходи, — согласился я. Мы светили на медленно поднимающегося с колен контролера, который теперь в каждой руке держал по увесистому железному осколку. Его морда была перекошена от ярости, широкие ноздри раздувались, на мутной роговице глаз подрагивали блики. Настырный. Подошел Зеленый и, оценив ситуацию, скомандовал: — Пли. Три автомата выплюнули по веренице свинцовых пчел, которые настигли метнувшегося к вентиляции псионика прямо в воздухе. Мутанта перерубило напополам, а куски распотрошило в фарш. Белесые брызги превратили бункерную дверь в авангардное полотно, украшенное вкраплениями разорванных органов и бурыми пятнами костного крошева. — Прощай, братец контролер, — ~ сказал я, глядя, как в свете фонариков вьются струйки дыма из наших стволов. — Как пошутил бы один мой приятель: горе от ума. Зеленый приподнял брови и тут же снова уронил их, вернув физиономии привычно унылое выражение. Дрой выматерился и пнул ногой расколотый череп мутанта, посмевшего покуситься не только на его бесценное тело, но и на изворотливый ум. А чистоплотный пижон Гост достал из аптечки салфетку и принялся, скривившись от омерзения, счищать со своей брони ошметки грязи и кровавые потеки. Путь в дебри заброшенных лабораторий был свободен. Единственный вход располагался в одной из боковых стен разгромленного помещения. |
