— Нет, господин. Мы много работали днем, а потому ночью спали очень крепко.

Его жена вздохнула:

— Бедняга. Надо же, такой ужас случился с таким безобидным человеком.

— Вы знали Каибару? — насторожился Сано. Откуда торговцам известен хатамото Токугавы, который скорее всего за покупками отправлял слуг?

— О да, — сказал аптекарь. — Не по имени, конечно, имя нам сказали только сегодня. Но с прошлого года он часто ходил по этой улице. И ночью и днем.

Сано задумался: было ли убийство Каибары, как считал сёгун, нападением на клан Токугава, или Каибару прикончил кто-то, знавший его привычки и следивший за ним прошлой ночью?

— Не говорил ли Каибара, зачем приходит сюда? Он появлялся здесь в определенное время?

Аптекарша потрясла головой:

— Он не заговаривал с людьми. Он просто улыбался и кивал. Мы никогда не знали, увидим ли его в следующий раз. То он приходил каждый день, то исчезал на месяц. Но он всегда возвращался. — Она вздохнула. — Теперь больше не придет.

«Данные о Каибаре сейчас очень важны», — подумал Сано, поворачиваясь к стражнику.

— Всего несколько вопросов, Удогуши-сан, и я вас отпущу, — сказал он, заметив, что у мужчины нездоровый цвет лица и сильно дрожат губы. — Где и когда вы обнаружили голову Каибары?

— Я шел домой со службы, — заговорил Удогуши сдавленным голосом, словно что-то задерживало звук у него в горле. — Туман рассеивался. Я посмотрел на небо и тут… — Стражник сглотнул. — На пожарной вышке… Я поднялся по лестнице и нашел… — Одной рукой он провел по губам, другой продолжал тереть по одежде.

— Вы заметили кого-нибудь? — с надеждой спросил Сано.

Стражник помотал головой, но скорее в растерянности, чем отрицательно:

— Не думаю. Я… я был так напуган, что даже не помню, как слез оттуда. Все, что я помню, это как бежал по улицам и звал на помощь. И еще, как люди выходили из домов посмотреть, в чем дело. — Голос Удогуши упал до шепота. — Кто-то, наверное, вызвал полицейских, потому что потом, помню, они задавали мне вопросы и требовали, чтобы я показал им… — Его замутило.

Наблюдая за руками Удогуши, Сано понял: стражник пытается стереть след смерти, оставленный бундори, избавиться от ужаса находки. Сано обратился к аптекарю:

— Принесите, пожалуйста, для Удогуши воды.

Он подождал, пока стражник прополоскал рот, вымыл руки, смочил щеки. Скоро Удогуши обрел нормальный цвет лица, стало быть, успокоился.

— Потом я каким-то образом оказался здесь и увидел тело и кровь, — сказал стражник. — Я сказал полиции, что не знаю, кто его убил.

— А я знаю. — Аптекарша убежденно кивнула. — Это призрак. Дух самурая, который бродит по земле, считая, будто битва, в которой он убит, продолжается.

— Она права, — воскликнул Таро. — Кто, если не призрак, может убить и исчезнуть без звука и следа? И кто, кроме древнего самурая, станет делать трофей из головы убитого врага?

Сано испугался. Действительно, минуло восемьдесят девять лет со дня сражения у Сэкигахары. Тогда воюющие кланы в последний раз отрубали головы у поверженных противников в качестве военных трофеев. Теперь же в Эдо происходят обычные, незамысловатые преступления, часто при свидетелях, с большим количеством улик, очевидными мотивами, доступными следами. Невежественные, суеверные люди ухватились за историю с призраком, чтобы как-то объяснить себе то, чего не понимают.