Её жених оказался веснушчатым щекастым юнцом. Он то ли гладко брился, то ли ещё бриться не начинал. На вид Старбак определил бы его возраст, как лет шестнадцать. У Роберта Деккера были песочные волосы, доверчивые светло-синие глаза и быстрая улыбка, которую он с трудом подавил, подчёркнуто уважительно здороваясь с будущим тестем.

— Роберт Деккер, позволь познакомить тебя с Натаниэлем Старбаком, — церемонно сказал Труслоу, — Он — божий человек и согласился поженить вас с Салли.

Деккер, держа круглую шляпу обеими руками перед грудью, вежливо улыбнулся:

— Рад составить знакомство, мистер.

— Салли! — окликнул дочь Труслоу.

Та по-прежнему не поднимала головы:

— Я не уверена, что хочу эту свадьбу.

— Ты хотела эту свадьбу. Вот мистер Старбак, он вас окрутит, милая, как ты и хотела.

— Я хотела в церкви! — воскликнула девушка, — Как у Лоры Тейлор! В церкви, со священником!

Что она говорит, Старбак не слышал. Он не мог глаз отвести от Салли Труслоу, думая, как неисповедимы пути Господни. Как в глухой южной дыре от греховной связи коротыша-отца с чужой женой могла родиться на свет такая ослепительная красавица? А Салли Труслоу была красива. Синие глаза, бездонные, как небо над морем у Нантакета; нежная кожа; полные губы, способные свести с ума любого представителя сильного пола.

— Я хотела свадьбу, как у людей! А не скачки через метлу! По-людски!

Прыжки через метлу, старинный свадебный обычай, рабам заменял церемонию бракосочетания.

— Твой ребёнок должен расти в семье, Салли. — сдерживая гнев, увещевал дочь Труслоу.

— И ребёнку нужен отец. — подключился Роберт Деккер.

— Ребёнок-ребёнок! — передразнила Салли, — Не будет ребёнка — и делу конец!

Ладонь Труслоу вылетела, как молния, жёстко смазав девчонку по щеке.

— Скинешь плод, — прошипел коротыш, — и я спущу с тебя шкуру лоскутами! Усекла?

— Я не собиралась ничего такого делать! — захныкала она.

На щеке горел красный отпечаток пятерни, но в глубине очей сверкали упрямые искорки.

— Ты знаешь, что я делаю с яловыми тёлками, после того, как убеждаюсь, что они неспособны понести? Режу. Кого затронет, если я прирежу одной бесплодной скотиной больше?

— Я ничего не делала, говорю же тебе! Я — хорошая девочка!

— Хорошая, мистер Труслоу. — подтвердил Роберт Деккер, — Ничего не делала.

Ропер стоял за спинами парочки. Его тёмная блестящая физиономия ничего не выражала.

Труслоу с горечью осведомился:

— И не противно тебе жениться на ней, Роберт?

— Я люблю её, мистер Труслоу. — смутился тот, улыбнулся и покосился на Салли, — К тому же, она носит моего ребёнка.

— Вас окрутит по-людски мистер Старбак, — холодно поставил в известность Салли разбойник, — и если ты посмеешь нарушить брачный обет, Господь покарает тебя. Господь судит жёстко, девочка. Будешь финтить, плохо кончишь до срока, как твоя бедная мать, и станешь пищей червей.

— Я не буду… — пискнула Салли, и Старбак первый раз поймал на себе её взгляд.

И дыхание перехватило. В детстве дядя Мэтью раз возил его в Фанейл-Холл на демонстрацию силы электричества. Там малолетнего Натаниэля поставили в круг вместе с другими любопытствующими, они взялись за руки, и лектор пропустил сквозь их тела слабый разряд.