– Надо догнать их, пока они не въехали в казармы Баттеванта.

– Вы поедете со мной? Это вы все сделали. Думаю, они должны знать.

Сэр Томас покачал головой:

– Пока генерал-губернатор не пришлет нового магистрата, мне придется действовать от лица Короны. – Он понизил голос: – Черт побери, у меня нет желания опознавать мятежников, если преемник этого сумасшедшего попросит об этом.

Николас знал, что сэр Томас может сохранить за собой полномочия магистрата на многие годы… если бюрократическая машина Короны будет работать с привычной медлительностью. Но будет лучше, если он не увидит лиц бунтовщиков. Одного в особенности. Когда Николас собрался уходить, сэр Томас остановил его.

– Послушай… – Лицо старого воина немного смягчилось. – Скажи Джейн, что я стараюсь…

До рассвета оставалось еще два часа, когда четверка бунтовщиков приблизилась к последнему холму. За ним, как им было известно, находилась деревня Баттевант.

Луна освещала одинокого всадника, ожидавшего их на гребне холма. Джейн тотчас узнала его.

– Я не говорила ему, – быстро промолвила она, перехватив сердитый взгляд Генри. – Я никому не говорила.

Не дожидаясь ответа от остальных, она пришпорила лошадь и помчалась навстречу Николасу. Он тоже двинулся в их сторону. Джейн не могла сердиться на него за то, что он приехал сюда. Но последняя встреча с ним лишь усилила пронзительную боль расставания.

Слезы струились по ее лицу, когда она с ним поравнялась.

– Что ты здесь делаешь?

– Скажи им, чтобы возвращались, – он кивнул в сторону троицы, осадившей лошадей, – больше нет нужды в обмене.

– Николас, мы должны ехать, иначе погибнут невинные люди.

– Их родных сегодня освободили. И эти люди должны вернуться, пока никто из сообщников Масгрейва их не увидел и не решил завершить то, что не удалось их командиру.

– Я не понимаю…

– Тогда поехали со мной, чтобы я мог все объяснить и им.

Ошеломленная Джейн наблюдала, как Николас направляется к всадникам, и последовала за ним.

Масок на бунтовщиках не было, и Николас опешил, когда увидел перед собой Генри Адамса.

– Сэр Николас сказал, – обратилась Джейн к Лайаму и Патрику, – что ваши дети и жены на свободе.

Николас также сообщил, что Масгрейв убит, а новый, временный, магистрат считает, что должен принять предложение «Белых мстителей» заключить перемирие.

Патрик и Лайам недоверчиво переглянулись.

– Но, как я уже сказал Джейн, несколько следующих часов, пока не будет завершена смена власти, вам не стоит появляться в окрестностях Баттеванта.

Патрик и Лайам уставились на Генри.

– Сэр Николас не станет обманывать, – заверил их преподобный.

Патрик, свесившись с лошади, обнял Джейн.

– Что ж, Эган, мисс Джейн! Почему бы нам как-нибудь не отпраздновать это? Кто-то из англичан, похоже, от вас никогда не отвяжется.

– Я думал, вы объявили о роспуске, – нахмурившись, произнес Николас.

– Патрик, если я не ошибаюсь, говорит о том, чтобы опрокинуть стаканчик или два.

– Да. Приезжайте. Моя жена варит лучший эль во всей округе – от Корка до самого Лимерика.

– Я как раз ничем не занят.

– Напротив, занят.

Джейн взяла лошадь Николаса под уздцы. Мужчины не удержались от шуток и улюлюканья.

Бросив несколько прощальных слов, Патрик и Лайам ускакали в том же направлении, откуда приехали. Генри остался один. Николас с удивлением смотрел на него.