– К сожалению, для жертвоприношения нужны девственницы, а я лично могу засвидетельствовать перед высокими жрецами, что ты не годишься на эту роль.

Ошеломленная, Блэр сидела молча. Ее поразил его нелепый рассказ, а последняя фраза прозвучала оскорбительно. Она отреагировала не думая, повинуясь мгновенно вспыхнувшей ярости: выплеснула ему в лицо остатки кофе, к счастью, уже остывшего. Блэр с опозданием поблагодарила Господа за эту маленькую услугу. Она быстро пожалела о своем безрассудном поступке и замерла на стуле, съежившись в ожидании неминуемого возмездия.

Но возмездия не было, если не считать пронзительного взгляда. Крэг стоял, словно окаменев, и кофе стекал по его суровому лицу. Наконец он схватил салфетку, медленно утерся и метнул на девушку испепеляющий взгляд.

– Извини, пожалуйста, – сказал он, взявшись двумя пальцами за мокрую полу своей голубой рубашки и отлепив ее от груди, – мне надо переодеться.

В немом оцепенении Блэр смотрела, как он подошел к шкафу в дальнем конце каюты, достал оттуда точно такую же рубашку, только еще более вылинявшую, и быстро сменил мокрую на сухую. Да, этого парня голыми руками не возьмешь!

Медленной небрежной походкой Крэг вернулся к столу. Лицо его было непроницаемым, взгляд – жестким и настороженным.

– Я с удовольствием налью тебе еще одну чашку кофе, Блэр, – процедил он с угрозой, – только если на этот раз ты пообещаешь его выпить. Он будет горячим, а я хоть и терпеливый человек, но если меня ошпарить, могу здорово разозлиться.

Блэр промолчала, но было видно, что она не намерена испытывать судьбу дважды. К тому же она не настолько жестока и смела, чтобы сознательно причинить кому-то боль. Не спуская с нее глаз, он налил в чашку свежий кофе и поставил перед ней, потом пригладил волосы и опять сел за стол напротив.

– Прости мне мои слова, но я и сам не в восторге от всей этой ситуации, а твой острый язычок действует мне на нервы.

– А чего ты хочешь? – резко спросила Блэр. – Чтобы я сказала тебе спасибо за то, что ты меня похитил?

– Я просил доверять мне.

– Ты просил о невозможном.

– Когда-то ты мне доверяла.

Блэр быстро опустила глаза и сосредоточилась на остывшей яичнице.

– Да, – тихо сказала она, стараясь скрыть подступавшие слезы, – это была моя ошибка. Ты обманул меня, хитростью заставил исповедаться, и я как последняя дура обнажила перед тобой свою душу, да еще выложила все про Рэя.

– Черт возьми, Блэр! – Он хватил кулаком по столу, потом сделал глубокий вдох и начал все сначала: – Послушай, то, что между нами было, никак не связано с похищением. Я был с тобой искренним…

– Вот как? – язвительно перебила она. – Значит, соблазнить меня не входило в твой первоначальный план?

Он скрипнул зубами, и Блэр от души пожалела о своих словах, услышав его циничный ответ:

– Соблазнить тебя? Насколько я помню, все было наоборот. Ты сама пришла ко мне в палатку. Хотя, надо сказать, я не прочь продолжить наши отношения.

– Спасибо, нет, – откликнулась Блэр с ядовитым презрением, – если, конечно, у меня есть выбор. В конце концов, я всего лишь жертва, не так ли?

Он мрачно расхохотался:

– Бедная, несчастная жертва! Все никак не можешь примириться со своим положением. Ты предлагаешь мне тебя изнасиловать? Если у Блэр не будет сознательного выбора, тогда все будет в порядке, так?

– Нет! – в ужасе выдохнула Блэр и вскочила, швырнув салфетку на стол. Только что она умирала от голода, а тут ее затошнило при виде еды.