На мгновение Блэр показалось, что Крэг сейчас схватит ее и прикроется ею, как щитом.

Но этого не случилось. Он прошел мимо и как ни в чем не бывало взял брошенный конец каната. Его лицо не выражало никаких эмоций, словно она была ему едва знакома. И тут Блэр поняла, что один из прибывших – ее отец. С улыбкой на лице он прыгнул с катера в их лоханку.

– Тейлор! – сказал Хантингтон, быстро пожимая Крэгу руку и оглядываясь в поисках дочери. Наконец он увидел ее и протянул к ней дрожащие руки. – Блэр, о Господи, Блэр!

Она застыла. Просто вросла в палубу. Ноги налились свинцом и перестали слушаться. Блэр никак не могла осознать увиденное. Уж не галлюцинация ли это? Она озадаченно заморгала.

Но это была не галлюцинация. Перед Ней стоял отец, и он назвал Крэга по имени.

Тут до нее дошло, что отец, весь дрожа, протягивает к ней руки.

– Папа! – воскликнула Блэр и бросилась в его объятия.

Он обнимал ее, гладил по волосам, касался пальцами лица. В этот момент она особенно остро почувствовала, что он уже немолод, что он боится и тревожится за нее.

Да, но откуда он знает Крэга?

Блэр отступила назад, глаза ее сузились.

– Что здесь происходит, черт возьми?! – спросила она, переводя подозрительный взгляд с одного мужчины на другого.

Она пыталась сдержаться, напоминая себе, что отец стар и измучен работой, но невольно заговорила с негодованием. Постепенно она начала понимать, в какое дурацкое положение себя поставила. О Господи, надо же быть такой идиоткой: отдать всю себя человеку, который, как она думала, из любви к ней готов изменить своим убеждениям!

– Что происходит, черт возьми?! – повторила она, срываясь на крик.

Крэг стоял невозмутимый и прямой, скрестив на груди руки и в упор глядя на Хантингтона. Было очевидно, что он не собирается отвечать на ее вопросы, предоставляя это начальству. У него был вид стороннего наблюдателя, которому просто любопытно знать, как старик будет выкручиваться.

Блэр тоже перевела глаза на отца и сердито спросила:

– Папа?

– Это долгая история, Блэр. Все держалось в тайне до девяти часов утра сегодняшнего дня. Тейлор работает на правительство…

– Понятно, – холодно перебила Блэр. В глазах у нее потемнело.

В голове крутились бессвязные мысли. Наверное, она должна была радоваться: ее похитил вовсе не террорист, здесь ее отец, она в безопасности. Все кончилось.

Странно, но никакой радости она не испытывала. Внизу, в каюте, влажные простыни еще хранили тепло их тел, а Крэг, оказывается, никогда и не нуждался в спасении. И не был террористом. Он секретный агент и все это время просто водил ее за нос, развлекался… О Боже, какой же она была доверчивой! Он, наверное, умирал от смеха, потешаясь над ее наивностью.

– Разведчик! – язвительно бросила девушка.

– Крэг – дипломат, Блэр, – сказал Хантингтон, с тревогой глядя на дочь, – из специального отдела.

– Дипломат? Ну-ну… – протянула она насмешливо. – Это что же, новая тактика американской дипломатии: ударом кулака лишать сознания невинных людей и увозить их на допотопных лодках?

Атмосфера накалялась. Хантингтон беспомощно взглянул на Крэга, но тот лишь пожал плечами.

– Тейлор выполнял мои непосредственные распоряжения. Операция была засекречена, поэтому ничего нельзя было объяснить. Он и сам не знал причины твоего похищения.

– Твои распоряжения?! – Блэр задохнулась. Ее похитили по приказу родного отца?

– Блэр… – Хантингтон смущенно вздохнул.