У пропасти, сбиваясь с целой половины этого царства, толпились «огарки», они заполняли с собой все это верстовое плато; в их глубинах раздавался беспрерывный треск, и павшие размалывались под ногами напирающих толп в порошок. Это масса клокотала живыми валами; а те кто оказывался у пропасти, пытались еще удержаться, пробиться к мосту, но, конечно, их сталкивали. Самая сильная давка происходила, возле самого моста — там тела крошились беспрерывно — там стоны боли перемешивались с яростными боевыми выкриками. Ну а устремлялись все они в ту сторону, откуда прибежал Робин. Весть о неких кудесниках, которые грозили самому ЕМУ, облетели уже все королевство; и из-за этого чрезвычайного случая была оставлена всякая работа; и каждый почитал теперь своим долгом дать отпор Врагу.

Возле той машины, которая доставила пленников, оставалось с две дюжины орков — они напряженно оглядывались по сторонам, а, когда начался переполох, закричали тем двоим «огаркам», которые управляли машиной:

— Везите нас! Нам нечего делать здесь! Везите!

«Огарки» забормотали:

— Нет — без особого приказа мы не имеем никакого права!

Переполох все усиливался: на некотором отдалении продвигались, впихивались в туннели толпы «огарков». Орки с тревогой оглядывались, выкрикивали: «Везите — или зарубим!», и они стали помахивать обнаженными ятаганами, перед плоскими орочьими мордами. Те продолжали твердить, что без приказа, не имеют права: в это же мгновенье, над камнями вспыхнуло огненное зарево — то Хозяин выпустил из себя огненные вихри, и тогда орки страха и злобы перерубили «огарков». Тогда же предводитель орочий зарычал:

— Одного бы оставили, болваны! Как мы теперь уйдем?!

Орки сгрудились вокруг машины, выставили ятаганы; и в напряжении ожидали. Ожидание их закончилось тем, что из узкого коридора вышел Хозяин с Вероникой на руках. Орки, с воплями бросились на него — Хозяин поднял повыше девушку, несколько орков кануло в нем; а остальные, от страха совсем потеряли голову, бросали свое оружие и бежали прочь.

Хозяин подошел к машине; и там, поднявшись на платформу, отпустил Веронику, при этом, он проговорил негромко:

— Нет смысла бежать — некуда.

Девушка еще была слаба; и тяготило ее виденное — да и то, что окружало теперь: эта каменная страна, эти два огнистые глаза на высоте в триста метров. Она уж и не помнила — из какого туннеля вынес ее Хозяин — вот и оставалась она поближе к нему, так как он хоть сколько то напоминал ей о прошлой жизни.

Хозяин же склонился над рычагами да колесами, раздался его голос:

— Эти каменные… — тут он не договорил — он не мог ругаться, когда рядом была Вероника. — Они перебили тех, кто мог с этим разобраться. Но, только с помощью машины, сможем мы отсюда выбраться. А так — идти двадцать верст… Нет — мы не пройдем и версты: я слишком устал, а они будут наваливаться на нас толпа за толпою, толпа за толпою…

Он провел своими дланями возле этих подрагивающих рычагов да колес; некоторое время оставался без движенья; затем промолвил:

— Нет в этом я разбираюсь столь же, сколь и орк. Придется действовать наудачу. Хотя, ежели вспомнить, какой «Танец» выделывали они…

Но он все-таки нажал на какой-то рычаг — машина затарахтела, затем — раздался острый, пищащий звук; и, наконец, из какой-то трубы, с силой вырвалась струя розоватого дыма.