— Любимый! — страстным, сильным голосом, вскричала Аргония, отбивая очередную атаку. — …Ты должен помочь мне, одна я не справлюсь!..

Действительно — это было страшное место — и требовалось встать друг другу спиной, чтобы сдерживать беспрерывный напор. Вот один из призраков вцепился в копыта Угрюма, но конь даже и не пошевелился — зато призрак болезненно, прерывисто взвыл, и обратился в туманное, леденящее облако. Когда нахлынул мрак, Альфонсо испытал очередное, невыносимое для иных людей, но для него просто еще одно страдание, от которого ни для кого незримая темная паутина морщин изуродовала его лик. Да — померк свет; а для него этот свет был Нэдией — ведь кто же как не она могла сиять на тех отчаянных верстах, через которые он, в едином порыве пронесся? Но вот свет померк, а потом — эта мгла, и вот он стал звать ее, все сильнее и сильнее надрывая свой голос. Он по прежнему не слышал криков Аргонии, не чувствовал, с какой страстной силой обвила она шею, и как потом призывала отбивать атаки оборотней. Он не слышал и сторонние вопли — он как человек страстно одержимый, для которого существует только одна цель, к которой он продирается уже долгое-долгое время — перестал воспринимать все окружающее, все это не относящееся к его цели. И потому, когда очередного набросившегося на них призрака не успела отбить Аргония, и он вцепился в его руку — он не обратил на это внимания. Воительница по прежнему ничего не видела, однако — чувствовала, что происходит с ее любимым, и вот, с воплем бросилась на этого призрака, могучим рывком отдернула от его руки, однако, при этом, и свой клинок выронила, и полетела вниз, где уже клокотала кровавая грязь. Альфонсо бы и этого не заметил — так как он все ревел имя Нэдии — однако Аргония, страстно боролась за свою любовь — она тут же вскочила на ноги, перехватила его за руку, и с силой дернула его с седла.

— На седле мы не сможем отбивать — они со всех сторон! Спиной к спине! Скорее! Слушай же меня! Слушай!

Тут она из всех сил встряхнула его за плечи, почувствовала, что несется на них очередной призрак — отдернула его в сторону. Альфонсо стал рваться куда-то в этой черноте — он не видел ни единой искорки, однако верил, что Нэдия должна была быть где-то рядом — ведь как же иначе?! Это была самая гуща, и, когда появился мертвенный свет, стало видно множество призраков — вот один из них бросился на ничего не видящего Альфонсо. У Аргонии даже клинка не было, но она метнулась наперерез — она готова была тут же жизнь пожертвовать, хотя и страшно ей это была — так как она любить жаждала, Его видеть! Но она ни на мгновенье не задумывалась, и действительно — погибла бы, но тут, наперерез бросилась еще одна массивная тень — это был Гвар. Верный пес, несмотря на полученные в битве с бесами, раны — нашел в себе силы прорваться через ряды призраков, он учуял слабый-слабый след своего хозяина, и вот подоспел как раз вовремя. Он сбил призрака налету, за мгновенье до того, как тот вцепился бы в ее плоть. Пес из Нуменора, и это порождение темных ущелий покатились по земле — и победа легко бы досталась громадному псу, но тут на него налетело еще несколько призраков — визг, скрежет клыков, треск костей, брызги темной крови — все перемешалось, и ничего уж было не разобрать.