Джек поднял руку, словно призывая ее замолчать, затем вытер о шорты влажную ладонь. Взгляд Эйприл невольно скользнул по его бедру… Не заботясь о том, что может показаться невежливой, она отвернулась и уставилась в окно. Так безопаснее.

– Я спрашиваю не из-за этого дурацкого договора. Считайте, что во мне говорит профессиональное любопытство. Просто интересно, что вы делаете, когда чувствуете, что с вас хватит? Конечно, места здесь потрясающие, но все же управлять гостиницей – тяжелый труд.

– Да, иногда бывает нелегко. Но я привыкла. Это моя работа.

– Почему? – Эйприл застыла, и Джек поспешно добавил: – Я хочу спросить, как вам пришло в голову построить здесь гостиницу?

Опасность миновала, и Эйприл позволила себе улыбнуться.

– Мой дедушка владел здесь участком земли. Он построил маленький кемпинг для рыбаков и управлял им. Вот из этого кемпинга и вырос «Райский уголок». – О других, более весомых, причинах ее выбора Эйприл предпочла не упоминать.

– Давно он умер?

Эйприл вздрогнула. При этом вопросе она вдруг сообразила, что Джек Танго узнал о ней уже очень много. Гораздо больше, чем кто-либо другой. И, кажется, не собирается прекращать расспросы. В конце концов, придется повернуться к нему лицом…

Внезапно Эйприл охватило жгучее желание рассказать ему всю правду, но она поспешно отринула эту мысль. Как можно даже думать о том, чтобы довериться этому самоуверенному самцу!..

– Восемь лет назад.

Джек удивленно поднял брови.

– Конечно, мне было нелегко, – добавила Эйприл, – но почти все служащие деда остались и очень помогли мне на первых порах.

Опасаясь новых вопросов, она поспешно переменила тему:

Кстати, вы сказали «профессиональное любопытство». Что у вас за профессия? Вам тоже приходится много работать?

– Мой коллега Франклин полагает, что я работаю на износ, – сухо ответил Джек. – Он то и отправил меня в отпуск. Ему удалось убедить меня, что маленькая передышка меня не убьет. – Он рассмеялся. – Меня, может, и не убьет, а вот его – не знаю.

Эйприл повернулась к нему. Веселые огоньки в зеленых глазах Джека не могли утаить усталости и, как ей показалось, скрытого беспокойства.

– Так вы об этом говорили позавчера? Когда сказали, что на вас нельзя полагаться? Вы боитесь, что вас уволят?

На этот раз Джек рассмеялся более естественно:

– Да бог с вами! Вот уж о чем я никогда не беспокоился!.. Просто… видите ли, до недавних пор я работал с увлечением, но… – На этот раз он отвернулся к окну. – Но и сам не заметил, как из любимого дела моя работа превратилась и нудное «зашибание денег».

– Так чем же вы занимаетесь?

– Стоит ли об этом говорить? – Он небрежно пожал плечами, пытаясь скрыть звучащую в голосе душевную тяжесть. – Сейчас у меня другая задача: научиться отдыхать.

«Что же с ним произошло?» – спросила себя Эйприл. Даже сейчас, на диване, с банкой пива в руке, он напряжен, словно сжатая до предела пружина.

– Мистер Танго…

Он вздернул голову, и на его лице отразилась настоящая ярость.

– Джек, – поспешно поправилась Эйприл. Джек мгновенно успокоился. Да и ей самой показалось странным называть его по фамилии, – Я хочу попросить прощения. С начала нашего разговора я вела себя как последняя стерва. Только и делала, что ломалась и ныла. Даже не поблагодарила вас от имени всего «Райского уголка»…

– Я сделал это не ради «Райского уголка», mi cielo.