«Оптимизм» зашкаливал, думать обо всем происходящем не было никакого желания и я решил махнуть рукой, вверив себя течению реки жизни. Довольно безрассудно и нелогично.

Поздним вечером, вернувшись в общежитие, я безуспешно воззвал к деду и, не дождавшись ответа, с проклятиями начал переодеваться в спортивную форму. Данное предку Слово надо было держать…

Практиковать манипуляции с бахиром в закрытом помещении площадью всего 18 квадратных метров мне казалось не лучшей затеей, да вот беда — полное отсутствие альтернатив ввиду царствующей за окном зимы и расписания работы небольшого полигона Школы вынуждало меня идти и на такие меры. Благо, скудная обстановка не занимала даже одной четверти от комнаты.

Медитативный «лотос» в центре комнаты, несколько циклов дыхания, очищающих разум от лишних мыслей и…тоненький, едва ощутимый ручеек энергии начал заполнять мое средоточие духа, распространяя по телу приятное тепло. Бахир заструился по каналам духовного тела, разогревая их и подготавливая для дальнейшей работы.

Упражнение ранга Подмастерье, тренирующее контроль над потоками бахира, давалось мне легко и привычно до того момента, пока дух дедушки не усложнил его на порядок: теперь мне было необходимо разделить пропущенную через себя энергию на два потока, придав им противоположную стихийную полярность. В моем случае это были стихии Свет и Тьма.

Проблемы всех универсалов в нехватке времени на овладение сразу двумя стихиями и сопутствующими техниками, так как потенциал Виртуоза изначально присутствует далеко не у каждого одаренного. И тем более сложно манипулировать двумя стихиями одновременно.

Больше десяти минут мне понадобилось, чтобы два потока прошли сквозь каналы тела и выплеснулись в реальность тончайшими нитями — ослепительно-белыми и бездонно-черными. Уложенные на колени ладони наполнились проявлениями Силы, впереди меня ожидало начало нового этапа контроля и изменения.

Пучки энергетических нитей начали сворачиваться, образуя тугие клубки, пульсирующие и растущие в так вливаемым в них порциям энергии — я подпитывал свои творения очень медленно и всё равно при этом едва удерживал «контроль». Лицо исказилось от боли, стиснутые зубы, казалось, вот-вот начнут крошиться.

Дедушка ещё на прошлом занятии объяснял мне природу своих уникальных способностей и умений, особое внимание заостряя именно на мелких манипуляциях, несвойственных высоким рангам.

— В нашей слабости, — говорил он, — наша сила. Всё чему я тебя научу имеет небольшое значение в целом, но способно стать решающим камнем на твоей чаше весов в противостоянии с более сильным противником.

Сформировав два шарика, по одному в ладони, я прекратил их подпитку и медленно, аккуратно соединил ладони в ковшик, одновременно усилием воли раскручивая сгустки стихий по кругу и придавая им вращение. Такие усилия давались нелегко — выступил холодный пот на лбу, накатила ужасная слабость, посеявшая ростки неуверенности в душе.

И тем не менее успех был достигнут — две миниатюрные кометы в моих ладонях гонялись друг за другом, оставляя за собой шлейфы из мелких, едва различимых глазу частиц, смешивающиеся между собой в одну густую взвесь. Шарики таяли, становясь всё меньше и двигаясь всё быстрее… Резонанс полярно противоположных стихий отдавался в пространстве, корежил и рвал его, в комнате ощутимо похолодало, замигало освещение.

— Ха! — выдохнул я, одновременно зачерпывая чистой энергии и выплескивая её в бурлящий водоворот стихий, окончательно перемешивая его содержимое и связывая его нейтральной составляющей бахира без примесей. — В смешении Света и Тьмы рождается…Тень…

Выплеск на доли секунды успокоил и остановил движение в моих руках, создав впечатление, что в них находится кусок Вселенной — в трехмерной глыбе Тьмы плавали яркие искорки звезд, испускающие Свет.