|
Я не шучу, кстати. У него реально было при себе настоящее мачете. Это что за наглухо отбитый тип⁈
— Биг Уилли его звать, — шепнул мне один из официантов, забившийся в угол. — Бига нельзя трогать. Он брат кое-кого очень опасного. Джо убьет, если мы его тронем.
Вышибала метался, пытаясь отвлечь Уилли, но тот, рычал, как обезумевший буйвол. Бедолаге Ричу можно было только посочувствовать. Как выкинуть на улицу того, кого нельзя трогать? Ответ прост — хрен ты его выкинешь. Особенно, если «клиент» завелся не на шутку.
А потом этот Биг Уилли замахнулся своим мачете на испуганную певичку и, по-моему, на полном серьезе, собрался то ли вскрыть ей горло, то ли выпустить кишки. Его речь была слишком нечленораздельной, я так и не понял, чего конкретно хочет парень. В любом случае, для певички его планы припахивали большими проблемами.
Время замедлилось. Я вдруг понял, что включаюсь в процесс. Оценка дистанции, траектории, инерции. Это не будет полноценный бой. Против такого бугая мне, конечно, не выстоять. Это была нейтрализация угрозы.
Я прыгнул прямо с места, сделал короткий рывок вперед. Уилли, занесший мачете, не ожидал атаки сбоку. Я вошел в его периметр, блокировал вооруженную руку своим предплечьем, а второй рукой нанес короткий, хлесткий апперкот в челюсть. Удар был точен и жесток. Раздался глухой щелчок. Глаза Уилли округлились от непонимания, но уже в следующую секунду из заволокло пеленой. Придурок рухнул на пол, как подкошенный, выронив нож.
В клубе повисла гробовая тишина. Все смотрели то на меня, то на грозного Уилли, распластавшегося на полу, и явно не понимали, что им делать: радоваться что этот ненормальный угомонился, или плакать, что за вырубленного брата какого-то там крутого хрена придётся отвечать.
В этот момент в клуб вошел Добрый Джо. Он, конечно, выбрал самый «подходящий» момент, чтоб явиться.
Джо окинул взглядом зал: сломанную мебель, перепуганных гостей, меня, стоящего над телом его важного, но неадекватного клиента, и сильно расстроенного вышибалу.
— Что, черт возьми, здесь произошло? — тихо, но так, чтоб слышали все, спросил хозяин клуба.
— Гость перебрал, — спокойно сказал я. — Решил поиграться с опасной железкой. Пришлось угомонить.
Джо медленно приблизился. Его взгляд изучал меня с ног до головы.
— Ты знаешь, кто это? — он кивнул на бесчувственное тело.
— Парень, который скоро проспится и, надеюсь, поблагодарит, что его не пришлось убивать, когда он попытался зарезать ни в чем не повинную девушку, — ответил я.
Джо молчал около минуты, а потом вдруг громко рассмеялся. Его смех был похож на звук ломающегося дерева.
— Черт побери, макаронник! Да ты опасный сукин сын! — он хлопнул меня по плечу. — Вырубить Бига Уилли! Одним ударом! Ладно… Уберите его в подсобку, пусть проспится. А вас, белый парень с быстрыми руками, я приглашаю выпить. После работы. Как настоящие джентльмены.
С той поры наши визиты в «Хлопковый хвост» стали дольше. Джо оказался интересным собеседником. Он учил нас уличным премудростям, но не сицилийским, а гарлемским: как читать язык жестов, как определять подвох, как слышать ложь в голосе. Он утверждал, что улица — она везде одинакова, просто ее обитатели говорят на разных языках.
— Ваши мафиози, они как павлины, — как-то сказал он, попыхивая сигарой. — Ходят, важничают, свои ритуалы соблюдают. А здесь, в Гарлеме, все проще. Сила есть — прав ты. Нет силы — иди нахер. По-честному.
Патрик относился к хозяину «Хлопкового хвоста» с большой симпатией. Я — тоже. Но еще я видел в Джо достойного игрока на этом большом шахматном поле под названием Нью-Йорк. Игрока умного и, что важно, предсказуемого в своей непредсказуемости.
Именно тогда в моей голове начал зреть уже более конкретный план. |