— Мне бы хотелось встретить пирата! — восхищенно сказал Лёня, глядя в даль.

Эх, мальчишка…

— Дядь-Влад, жаль, что сейчас нет пиратов, правда?

— Хехм! Да нет, Лёнька, есть…

— Не тех! — нетерпеливо перебил мальчик. — Не тех, которые диски продают! Настоящих! Настоящих пиратов! С саблями и мушкетами… и чтобы корабли… с парусами…

— Я в детстве всегда говорил отцу, что вот вырасту, куплю корабль, команду наберу… и буду пиратом… — ностальгически вспомнил я…

— А чего не купил? — укоризненно спросил меня Лёня.

— …Э… денег не было… — ответил я невпопад…

— Дядь-Влад, а ты тоже играешь в Виверейн? — вдруг сказал мальчик… — Ну… я видел один раз, как ты карту рисовал…

Мне ничего не оставалось, как только согласиться…

— Ааа… — застенчиво протянул Лёня. — Можно мне тоже… хотя бы посмотреть… мне папка играть не разрешает, даже дома…

— Можно, — отчего-то очень охотно согласился я. И сразу понял, почему: я больше не одинок, пусть этот ребенок и не знает, что то, что я затеял — больше чем игра… все равно: он будет со мной, а это очень важно…

Черный бархат — от одного края до другого. И — далекие огни в вышине…

Рядом с Лёном-младшим стоял Дрейк. Он давно уже героически боролся со сном, будто эта ночь должна была принести что-то особенное. Но нет — только тишь да звезды…

— Как ты знаешь, куда плыть, Капитан Лён? — спросил Дрейк тихо.

— По звездам… — задумчиво ответил маленький капитан. — Отец учил меня…

— А-а… — понимающе протянул Дрейк…

— …Они так ярко светят… — раздался голос. Оба мальчишки испуганно вздрогнули. Но это был всего лишь Дар, который, конечно, никуда не уходил, но вел себя столь бесшумно, что про него успели забыть. Точно тень, он отделился от стены и выпрямился во весь рост, освещенный трепещущим светом керосиновой лампы… — Звезды светят так ярко… мне больно… этот свет… он по сердцу режет, как нож…

— В чем дело, Дар? — спросил его Лён. Но Дар не стал отвечать и скрылся в черноте за дверью…

— …В чем дело, Дар? — спросила его Рон, стоило ему переступить порог каюты. Похоже, она давно ждала его. — Что случилось, сынок?.. Последние пару дней ты сам не свой…

— Звезды, мама… и облака… — Дар говорил так, точно его душила то ли боль в горле, то ли жестокая обида… — Мне больно… — и больше он ничего не смог объяснить.

— Иди ко мне, — ласково сказала Рон…

Сын уснул, положив голову ей на колени. Наверное, ему стало спокойнее…

Рон гладила жесткие черные волосы… которые были совсем как у Влада… Влад, Денис, Ройхо-Влад… один и трое разных… зачем всё…

«Я заберу твою боль…» — подумала Рон и усилием воли сквозь самые кончики пальцев заставила ее течь к себе, чувствуя, как слева от сердца, там где кроется душа человеческая, раскрывает кровавые края страшная черная пропасть…

— Не надо! — вдруг вздрогнул Дар и накрыл ее руку своей. — Мама, ты что?! Не надо.