— Вот и нечего болтать чепуху.

— Начал он с посредничества, импресарио ему захотелось стать. Придумал ей поездку в Швецию, а вышло ой как некрасиво! Мария разнервничалась, будто ее милостыню вынудили просить. А, теперь понял, кто такая Магда. Это ее племянница, я о ней слышал, просто сразу не связал. Да уж, факт, Магда Буцкого так любит, что готова голыми руками задушить, и моральная поддержка у нее большая, все ее поколение Марию Рохач читает. Слушайте, у меня совсем в горле пересохло, можно подумать, я здесь на пресс-конференции…

Нас опять охватили противоречивые чувства: налить ему еще или пусть лучше говорит, пока есть возможность. А если налить, то что лучше в этой ситуации, вода или пиво? От водки он скорее охрипнет…

— Водка! — распорядился Олаф, разобрав знакомое ему слово. — Вода! Лёда!

— Правильно, — похвалила его Алиция. — Водки с водой и со льдом. И с лимоном.

Принимая во внимание, что за дело взялись четыре взрослые женщины, Стефан был обслужен в полминуты. А опять же, принимая во внимание, что в дело пошла чистая «Выборова», а супруги Буцкие могли явиться в любой момент, вся компания перебралась на террасу.

Стефан старался вовсю:

— Я думал излагать по пунктам, но не выходит. Он — литературный и театральный критик. В своей области разбирается, этого у него не отнять, но лезет, как сумасшедший, на всякие, прости господи, важные должности. Председатель, директор, главный редактор, без разницы, лишь бы звучало солидно, опять же почет…

— Для кого? — не удержалась я.

— Для жлобов… И материальная выгода, всякое там распределение благ, на чем социализм и держится…

— А машина-то у него подержанная?

— Эту недавно купил, а ту, что по разнарядке получил, женушка уделала всмятку. Факт, ее вины — никакой, поэтому страховки на подержанную тачку хватило, и еще немного осталось. А критику свою этот гений так хитро пишет, что хрен разберешь, о чем речь идет, но публике нравится. Той, которая потупее будет. Нормальные читатели такую муру вообще в руки не берут… Ну как такое по пунктам излагать? При этом живет Вацлав, можно сказать, интригами, и дураком его не назовешь, но тип премерзкий…

— А кое-кто ему верит, — задумчиво отозвалась Алиция, имея в виду, вероятно, бедную Ханю. — Кажется, все больше женщины…

— Надоела мне эта тема, — устало произнес Стефан. — Могу только добавить, что тип он патологически алчный и жадный, а в придачу ленивый, падкий на славу и организатор никакой. Хватит вам?

— Мне, в принципе, да… — начала было я, да на этом и кончила.

Слух у Алиции и в самом деле был отличный. Она уже минуты две как прислушивалась и вдруг быстро поднялась с кресла.

— Они приехали, — сообщила она, направляясь в салон.

Я вздохнула и двинулась за ней.

На террасе остались трое: Эльжбета, Олаф и Стефан. Им было о чем поговорить.

Мариан на супругов Буцких произвел впечатление очаровательного молодого человека. Пан Вацлав с превеликим удовольствием подвез его на обратном пути к сестре, чтобы тот мог оставить у нее свой тяжеленный рюкзак. А вернувшись в резиденцию Алиции, начал петь дифирамбы Мариану: ах, как, дескать, он прекрасно знает окрестности! Туда и в самом деле можно и пешком, и на машине. Для Юлии — просто идеальная прогулка, можно немного пройтись. Есть где отдохнуть — прелестное туристическое кафе. Лебеди! Что за вид, царственные птицы! Обязательно еще раз туда наведаемся…

Мажена буквально пропела приторным голосом:

— Простите, что я так по-простому, без лицемерия, надеюсь, вы не обидитесь? Но пани Юлия явно идет на поправку.