Джифф застонал и задергался на полу.

— Видно, совсем уже околпаченный, раз так быстро дошел, тем более на глазах у незнакомого человека, — заключил Пард.

— Насколько я понимаю, некоторые кассеты внушают такую же зависимость, как земмелар, и некоторые любители становятся импотентами в реальном сексуальном контексте.

— Почему мы ни разу не пробовали?

Дейлт мысленно презрительно фыркнул.

— Сроду желания не испытывал. Когда мне хочется задурить себе голову, всегда можно немножечко…

Из угла донесся хрип: Джифф достиг апогея. Тело выгнулось, касаясь пола только ладонями, пятками и макушкой. Он впился зубами в нижнюю губу, сдерживая восторженный вопль. Потом вдруг обмяк, растянулся, тяжело пыхтя.

— Должно быть, неплохая кассета!

— Скорей всего, из новой серии, где сочетается одновременно мужской и женский оргазм — предел сексуальных ощущений.

— Ощущений — и только. Без всяких эмоций.

— Правильно. Суперонанизм. — Пард помолчал, разглядывая их насытившегося охранника. — Видишь, что у него на шее висит?

— Угу. Огненный камень. А что?

— Абсолютно такой же, как твой. Несомненно, дешевая имитация, но сходство примечательное. Расспроси.

Дейлт, равнодушно пожав плечами, заметил, что Джифф шевельнулся.

— Ну, все, наконец?

Мужчина с трудом сел, пошатываясь тощим телом.

— Я тебе противен, — тихо пробормотал он, глядя в пол и отключив от макушки кассету.

— Нет, — честно ответил Стивен.

Несколько веков назад он был бы шокирован, но за это время научился рассматривать человечество с самой дальней наблюдательной точки. Со времен Целителя сознательно старался поставить себя в подобные рамки. Сначала в них трудно было удерживаться, однако с годами этот способ восприятия стал естественным, жизненно важным элементом психики.

Он не презирал и не жалел Джиффа. Джифф — один из бесчисленных вариантов человеческого существа.

Дейлт опустил гравитационные наручники вниз, уселся на пол, скрестив ноги, и, когда Джифф сунул в комбинезон кассету в закрытом футляре, спросил:

— Где ты украл драгоценный камень, что носишь на шее?

Глаза хлипкого человечка нехарактерно сверкнули.

— Он мой! Пусть ненастоящий, но мой! Отец дарил по одному всем своим детям, как ему самому подарила родная мать.

Он поднес камень к глазам, вглядываясь в горящую глубину.

— М-м-м, — промычал Стивен. — Очень похож на мой.

Джифф поднялся на ноги и направился к нему.

— Значит, ты тоже Сын Целителя?

— Что?..

— Этот камень… точно такой же, как у Целителя много веков назад. Его носят все Дети Целителя.

Он остановился перед Дейлтом, протянул руку к шнурку у него на шее. Тот лениво прикинул, не двинуть ли его наручниками по физиономии.

— Ничего не выйдет, — предупредил Пард. — Даже если удастся вышибить из него дух, что пользы? Давай играй дальше. Я хочу послушать про детей Целителя.

Поэтому он спокойно позволил Джиффу осмотреть огненный камень.

— Я вовсе не сын Целителя. Фактически даже не знал, что у него вообще были дети.

Джифф выпустил из рук драгоценный камень, закачавшийся на шнурке.

— Просто так говорится. Мы себя называем его Детьми — точней надо было бы называться прапрапрапрапраправнуками, — потому что без него никто из нас вообще на свет не родился бы.

Дейлт вопросительно посмотрел на него, и он объяснил с раздражением:

— Я — потомок женщины, которую Целитель вылечил пару сотен лет назад.