К его величайшему удивлению, у КПП его ждала не кто иная, как Вера! Вот о ком он не подумал, да и не ожидал Володя ее прихода. Никак не ожидал. Поэтому и вышел за ворота растерянным. Мысли, разбежавшиеся в одно мгновение по сторонам, никак обратно в кучу собираться не желали.

— Здравствуй, Володя! — первой поздоровалась девушка.

— Привет! — довольно сухо ответил Бережной.

— А что так неприветливо? Я, наверное, оторвала тебя от важного занятия?

— Угу! От сна!

— Ты спал? Но мне сказали, что ты на этой, как ее… самоподготовке!

— На самоподготовке тоже иногда спят.

— Мы можем куда-нибудь отойти, или тебе это запрещено? Здесь я чувствую себя как-то неудобно.

— Подожди минуту, — Володя зашел на пункт. Там нес службу наряд стажеров, таких же, как он, скорых выпускников одиннадцатой роты. Бережной знал сержанта, который исполнял обязанности дежурного. Знал по совместным тренировкам в секции рукопашного боя.

— Коль! — обратился к нему Бережной. — Я тут с дамой. Свалю на часок?

— Валяй! Только идите в рощу справа, там сейчас никого, и я тебе в случае чего сигнал смогу подать. Мало ли, искать начнут!

— Договорились! Спасибо, Коля!

— Невеста?

— С чего ты взял?

— Раньше ее не видел. Да и красивая, необычная какая-то. Кстати, вы друг другу подходите.

— Я сам еще не знаю, кто она мне.

— Недавно познакомились?

— Да.

— Ну иди, пока офицеров поблизости не видать.

Владимир вышел к девушке, сказал:

— Если ты не против, Вера, то мы можем пройти в рощу справа, в другое место я, к сожалению, тебя на данный момент пригласить не могу.

— Хорошо. Пойдем.

Оказавшись в роще, они присели на поваленное дерево, давно используемое под скамейку. Вера спросила:

— Ты удивлен моему приходу?

— Да, честно говоря, не надеялся больше увидеть тебя.

— Почему?

— А зачем? Только душу бередить? Хватило вчерашнего вечера, на котором ты ясно дала мне понять, что к чему!

— И что же к чему?

— Вер? Тебе больше делать нечего? Ты зачем приехала и вызвала меня, развлечься? Посмеяться надо мной?

К чему твой допрос?

Владимир нервным движением разорвал пачку сигарет, закурил. Его нервно-взволнованное и немного обиженное состояние не осталось не замеченным девушкой, как ранее и его растерянность на КПП.

— Почему ты так агрессивно настроен против меня, Володя?

— Ну вот опять! Чего тебе надо?

— Ты обиделся, вот в чем дело, теперь я поняла.

— За что?

— За то, что я танцевала с другим, а не с тобой, но Гена пригласил меня первым, как же я могла ему отказать?

— Не в этом дело!

— А в чем?

— Нет, на самом деле, ты прекратишь допрос? Я не понимаю, чего ты добиваешься! Короче, если тебе есть что мне сказать, говори, а пустословить не надо! Лучше расстанемся, и встречайся ты со своим «хомутом». Лично я на танцы больше ни ногой!

— С «хомутом»? С каким еще «хомутом»?

Она не знала училищного жаргона.

— С танцором своим, Геной Крамаренко. А «хомутами» у нас называют старшин рот. Он же наверняка сказал тебе, что является старшиной учебной роты. Чуть ли не самим ротным, так?

— Да говорил что-то подобное, но я не обратила на это никакого внимания. Значит, таких, как Гена, вы «хомутами» называете? А почему, Володь?

— Это ты у него спроси! Он тебе все популярно объяснит.