Изменить размер шрифта - +
Это уже не молодежный уровень, теперь вокруг тебя будут профи. Это нужно уяснить, Кирилл. Покажи себя, создай образ знающего человека и, прошу тебя, не ведись на всякие провокации. Модельный бизнес не про честность и помощь новичкам. Здесь нельзя быть доверчивым. Каждый показ как экзамен. Одна ошибка может стоить тебе всей репутации, так что не забывай моих слов. Если хорошо зарекомендуешь себя, то перерастешь потолок «затычки на один показ» и станешь полноценной единицей модельного бизнеса. В пятницу там же состоится закрытый показ, поэтому тебе нужно сделать все, чтобы попасть туда.

Парень только кивал головой и изредка открывал рот, чтобы что-то сказать, но Семин говорил без остановки. Саша в это время закинул голову наверх и смотрел на небо. В середине своей эмоциональной речи Семин закурил, и небольшой участок перед отелем наполнился едким запахом табака. Нужно было отдать ему должное: как продюсер он делал все, чтобы помочь своим клиентам. Интересно, он так много изучил за два года после увольнения или знал все во время работы с Валерио, но целенаправленно использовал его, чтобы сделать себе состояние?

— Главное, что вам нужно делать, — это не отступать от плана. Ложитесь пораньше, сон очень важен. Если чувствуете, что не справляетесь с волнением, позвоните мне, я подскажу.

Оба кивнули и несколько минут сидели в тишине. Пару раз я ловила на себе их взгляды, но не думаю, что они что-то заподозрят.

— Все, пора спать, — скомандовал Семин, и его подопечные послушно поспешили внутрь отеля.

Сегодня я была собой довольна настолько, что даже решила заехать в пекарню и порадовать себя кексами. Настроение оставалось приподнятым до самого приезда домой, пока я не начала думать, что же делать дальше. Допустим, завтра я поеду на показ на Невский, а во вторник — на фестиваль в «Черный Сокол». Что мне это даст? Из того, что я увидела, можно сделать вывод, что Семин с головой ушел в работу и до Валерио ему нет дела. Его присутствие здесь объяснялось точным расчетом на воздействие бывшего друга на подростков. Ни о каком преследовании или угрозах речи не могло и быть. Так что же мне дадут эти походы? Я долго ходила по комнате и наконец вспомнила одну вещь.

— Если не знаешь, как поступить, нужно обратиться к костям. — Во время последней уборки я специально положила их поближе, будто предчувствуя, что они скоро понадобятся. — Они еще ни разу не подводили. Нужна просто правильная трактовка.

Кости взмыли в воздух, а затем рассыпались по столу в разные стороны. «Двенадцать», «двадцать один», «двадцать пять» — наказание лжецу не в том, что ему больше не верят, а в том, что он сам не может никому верить. Что бы это ни значило, я запомню и приму к сведению. Роль лжеца на себя может примерить кто угодно, и мне нужно его найти. Но все поиски я отложу на завтра. На сегодня дел уже достаточно.

Дом моды на Невском проспекте представлял собой трехэтажное здание с колоннами, расписанными под стиль эпохи Возрождения. Хотя не только колонны пытались казаться изысканными и утонченными. Лестницы, картины, мозаика на полу и многое другое отображали какой-то временной период развития моды в разных ее проявлениях. Задумка великолепная, но на деле получилась солянка из всего подряд, которая не сочеталась между собой. В одной комнате могли находиться белые стены и пестрые ковры, от которых рябило в глазах.

После экскурсии, которую нам провел один из членов семьи, владеющей этим домом, нас проводили в большой зал, и начался показ. Я никогда не углублялась в тему моды, но то, что я увидела, вызвало у меня некоторые вопросы. Несколько метров тонкой ткани, больше всего похожей на занавесочную органзу, драпировали девицу на редкость оригинальным образом. Как-то так причудливо, что… Представьте себе: одна рука и плечо полностью открыты, вокруг второй — пышный рукав, как крыло какой-то причудливой птицы.

Быстрый переход