— Знаешь, где у нас можно такой купить?

— Только одно место, но цены там космические. — Он написал мне адрес и телефон. — Может, лучше у меня что-нибудь посмотрите?

— Как-нибудь в другой раз.

Если он стоит дорого, то вряд ли найдется много людей, которые могут себе его позволить. В магазине точно должны помнить того, кто недавно приобрел такой. Так и получилось. Пришлось показать удостоверение и объяснить им ситуацию, но после этого менеджер показал мне весь список людей, которые за последнее время покупали подобные кейсы. Всего их было четверо. Я сразу отмела трех девушек и сосредоточилась на последнем покупателе. В архиве даже остались записи с камер. По ним стало точно понятно, что это наш преступник: похожее телосложение, знакомая чуть пружинящая походка, к тому же он тоже скрывал свое лицо под маской. Со слов продавца, он разговаривал очень мало и только по делу, ничего не спрашивал и не отвечал на посторонние вопросы. Пришел, купил и ушел.

Я тут же вспомнила, что преступник искал баллон с оксидом азота. Что, если он уже купил его? У нас в городе было несколько магазинов, которые занимались этим. Я нашла номера и обзвонила каждый. Слава богу, никто в последний месяц не интересовался им. Я попросила их позвонить мне, если такой запрос будет.

С одной стороны, я радовалась, что мы понимаем ход его мыслей и как он двигался раньше. Однако это никак не помогает нам понять его дальнейшие действия. Ситуацию усугубляли его ночные визиты и участившиеся сообщения с угрозами. Михаил почти каждый день отправляет мне записи с камер видеонаблюдения, где преступник просто стоит перед камерой и не двигается. Ясно одно — его целью является загнать Валерио в эмоциональную яму. Преступник хочет, чтобы он постоянно боялся за жизнь близких людей. Возможно, в прошлом Валерио кому-то насолил, из-за чего преступник чувствовал что-то похожее, и сейчас он хочет отомстить. Эта версия выглядит правдоподобно и в данный момент является основной, но так ли это, нам предстоит узнать в ближайшие дни.

Глава 8

Думая о переживаниях Валерио и остальных, я не заметила, как сама стала тревожной. Мысли роились в голове, мешая уснуть, а недолгие моменты сна прерывались из-за кошмаров. Я стала более нервной и моментально вспыхивала при малейшем раздражителе. При общении с Валерио эти раздражители невозможно было обойти, поэтому на время мы перестали общаться. Всю информацию я получала от Леры и Михаила, но и они последние пару дней стали вести себя отстраненно и сухо отвечали на мои сообщения. Расследование затягивалось, и это не могло не ударить по ним. Может, пора уже признать, что эта дуэль интеллектов проиграна.

Скорее всего, я бы давно это признала, но его вызывающее поведение и некоторые успехи подбадривали меня и заставляли идти дальше. Иногда я заходила на трансляции Валерио, чтобы хоть так послушать, как у них дела. Он заметно изменился, стал более мрачным и угрюмым. Пропали и его шутки, и взрывное поведение, и даже бесконечная болтовня. В общем, Валерио превратился в тень самого себя.

— Давайте сегодня закончим пораньше. — В один момент он просто завершил трансляцию.

Видимо, напряжение пересилило и вытеснило все желание заниматься делом, которое хоть как-то отвлекало его от переживаний. Через пару минут раздался телефонный звонок.

— Добрый день, Татьяна, — устало поприветствовал меня немного подрагивающий голос Валерио.

— Добрый. Что-то случилось?

— И да, и нет. Я просто подумал, — на секунду он замялся, — прошло много времени, а игры в кошки-мышки так и остаются играми. Нет никакой надежды или весомой причины, чтобы мы могли думать о скорой поимке преступника.

— Это не так. Мы работаем настолько быстро, насколько можем.