— Алекса, если у нас будет ребенок, я тебе обещаю, что возьму половину забот на себя. Подгузники, игрушки, детская площадка, походы по врачам, уроки балета, контакты с Ассоциацией учителей и родителей, пикники, бутерброды с арахисовым маслом… — всем этим я готов и хочу заниматься наравне с тобой. Вот увидишь, я буду хорошим отцом.

— Ах, Филипп, я так люблю тебя! — Алекса потянулась через стол и поцеловала его, не думая о том, кто их увидит и что подумает. — Я готова иметь ребенка. На этот раз действительно готова.

На мгновение Филипп закрыл глаза, а когда открыл, в них блестели слезы.

— Любимая, это самый лучший подарок ко дню рождения.

— Ну… это только первый взнос, — прошептала Алекса и посмотрела на Филиппа красноречивым взглядом, смысл которого не вызывал сомнений.

— Пошли отсюда, — сказал он вдруг севшим голосом и дал знак официанту принести счет.

Алекса сознавала, что нехорошо так долго умалчивать о важной новости, но ей хотелось, чтобы в следующие пару часов все внимание Филиппа безраздельно принадлежало ей одной.

Оказавшись в их квартире, Филипп задернул занавески.

— Я хочу получше рассмотреть тебя. Ты прекрасна.

Он медленно подошел к Алексе, положил руки на ее обнаженные плечи, погладил их, потом поцеловал сначала одно плечо, потом другое.

— Это платье полагается снимать мужу или любовнику, — прошептал он. — Вот только знать бы, как оно снимается.

Алекса рассмеялась.

Наконец, они стояли друг перед другом в полумраке гостиной обнаженные.

— Как Адам и Ева, — прошептала Алекса.

— Новое начало. — Филипп привлек ее к себе, обнял, и жар его тела мгновенно воспламенил Алексу. — Как же я по тебе соскучился! — хрипло прошептал он. — Как давно мы не были вместе.

— И я по тебе скучала, — выдохнула Алекса.

Он обнял жену еще крепче и жадно набросился на ее губы. Алекса ответила на поцелуй с не меньшей страстью.

— Филипп, Фил… — повторяла она, не закрывая глаз, чтобы видеть: это не сон, она на самом деле с любимым, с мужем.

— Алекса, любимая, мы больше никогда не расстанемся. — Он склонился к ее груди и сомкнул губы вокруг уже отвердевшего соска.

Алекса гладила его волосы, его плечи, спину. Филипп опускал голову все ниже и ниже и вскоре свел Алексу с ума, целуя ее бедра.

— О, Филипп, прошу тебя, пожалуйста… — хрипло простонала она.

Алекса прильнула к мужу, целуя волосы у него на груди, покусывая солоноватую кожу. Она сгорала от желания, но Филипп сдерживался, дразня ее медленными и нежными ласками. Наконец, он уложил ее на диван, и Алекса, охваченная страстью, заново открывала для себя его восхитительную мужественность. Это был Филипп, ее муж, мужчина, которого она любит. Вцепившись ему в плечи, она подалась навстречу.

— Ну пожалуйста, дорогой, я хочу сейчас!

— Да, да, сейчас, Алекса, моя Алекса.

Они вместе поднимались к вершине и вместе достигли пика наслаждения, и их тела одновременно сотряс взрыв неимоверной силы.

Алекса обмякла, касаясь щекой груди Филиппа и слушая гулкие удары его сердца. Он нежно погладил ее волосы.

— Любовь моя, ты плачешь?

— Да. Это от счастья. Я так счастлива, что мы снова вместе. — Алекса крепко обняла его. — Никогда больше тебя не отпущу.

— Это точно, — прошептал он, целуя ее в ухо.

Потом они вместе принимали душ, намыливали друг друга, брызгались, радуясь своему воссоединению.