Она наклонился вперед, вода вокруг него закрутилась.

— Фаррер-тя…

Синдзя поставил стакан с чаем.

— Сам лично. Не Иссандра, не один из его слуг. И почерк был его. Там не было деталей, только предложение. Раньше, каждый раз, когда Баласар спрашивал, он отвечал сдержанно и пренебрежительно. Похоже, что-то изменилось. Если это то, чем кажется, то мы отплывем через несколько дней и туда приплывет настоящая боевая эскадра.

— Это… — начал Ота. — Я не знаю, как это произошло.

— Я тут поплавал в дворцовых сплетнях, стараясь понять, что вызвало такое изменение, и услышал только одну наполовину правдоподобную версию: Ана Дасин встретилась с Данатом-тя, после чего отправилась во второсортную чайную, выпила больше, чем считается здоровым и пришла сюда. Поговорив с тобой, она вернулась в старый дом поэта; фонари горели всю ночь и погасли только тогда, когда солнце встало.

— Мы не говорили о флоте, — сказал Ота. — Даже речи не было.

Синдзя расшнуровал сандалии и сунул ноги в теплую воду купальни.

— Почему бы тебе не рассказать, о чем вы говорили? — спросил Синдзя. — Похоже где-то, посреди разговора, ты сделал что-то правильное.

Ота пересказал встречу, вставая из воды и вытираясь. Синдзя внимательно слушал, по большей части, и только один раз рассмеялся, когда Ота рассказал о том, как извинился перед девушкой.

— Ну, вероятно, это сделало больше, чем любое другое, — сказал Синдзя. — Император Хайема в разговоре с дочерью высшего советника ругает себя за неуважение к ней. Боги, Ота-кя, как низко ты ценишь свое достоинство. Я даже не знаю, как ты ухитрился все эти годы сохранять власть.

Ота промолчал, его руки сложились в позу вопроса.

— Ты извинился перед гальтской девчонкой.

— Я плохо отнесся к ней, — сказал Ота.

Синдзя поднял руки. Это не было никакой формальной позой, но, скорее, говорило о сдаче. Что бы там Синдзя не понял, он явно отчаялся когда-либо узнать.

— Расскажи мне остальное, — сказал Синдзя.

Больше ничего особого не было, но Ота покорно рассказал все. Он сам одел платье. Слуги смогут поправить его, когда встреча закончится. Синдзя выпил еще одну пиалу чая. Вода в купальне успокоилась и стала ясной, как воздух.

— Ну, — сказал Синдзя, когда Ота закончил, — везде столько неожиданностей.

— Ты думаешь, что Ана-тя вступилась за нас.

— Не могу найти другую причину, — сказал Синдзя. — Она — интересная девушка, необычная. Быстро приходит в ярость и в столкновениях такая же крепкая, как вареная кожа, но, как мне кажется, она прониклась к тебе добрым чувством. Ты все сделал очень умно.

— Я не имел в виду, что это был заговор, — сказал Ота.

— Скорее это то, что заставило заговор заработать, — сказал Синдзя. — Иссандра и Данат должны услышать об этом побольше. Ты знаешь, что один маленький заговор уже начал трещать по швам?

— Что ты имеешь в виду?

— Фальшивую любовницу Даната. Шиия Радаани? Похоже твой парень влюбился в нее по-настоящему. Или, если это не любовь, то, по меньшей мере, кровать. Сегодня утром я услышал очередную сплетню. Поздно вечером Шиия вошла в комнаты Даната и до сих пор оттуда не вышла.

Ота одернул рукава, его брови попытались заползти на лоб. Синдзя кивнул.

— Возможно, это часть плана Иссандры? — спросил Ота.

— Тогда она лучший игрок, чем я.