Изменить размер шрифта - +
Нет, какие-то приготовления велись и тот же «Правый легион» целенаправленно вооружал свои ячейки по всей стране, но оперативно выступить сумели только военлёты, полицейские и отдельные армейские части. Пока все раскачивались, республиканский комиссариат прошёлся частым гребнем по неблагонадёжной публике и задержал наиболее авторитетных и одиозных личностей из бывших, ликвидировав тем самым очаги мятежа в зародыше. Не обошлось и без эксцессов, конечно, но в целом по стране ситуация находится под контролем.

Альберт Павлович фыркнул.

— Авиасообщение нарушено и движение по трансконтинентальной магистрали из-за диверсий и саботажа практически остановлено, а ты о контроле над ситуацией говоришь!

— Это частности! — возразил Иван.

— А вот тебе ещё одна частность: в курсе, что сейчас творится в глубинке, какие там идут процессы? У риковцев в сельской местности с агентурой не густо, да и не загнать будет джина обратно в бутылку точечным террором, если «Земской собор» народ перебаламутит! — Альберт Павлович нервно постучал пальцем по столу. — Нешто их лозунгов не знаешь? От социалистов одни беды! Операторы — исчадия дьявола! При царе-батюшке все ровно сыр в масле катались! А что Кровавым прозван и страну развалил, так за одного битого двух небитых дают, и вообще он хороший, его обманули и оболгали. Что там ещё?

— Слухи, — подсказал Иван Богомол. — Чем дальше, тем невероятней. Например, что в столицу на белом коне уже въехал господарь-ампиратор, а социалисты бежали за границу.

— Именно! — подтвердил Альберт Павлович. — Думаешь, не найдётся желающих половить рыбку в мутной воде? Да многие за такой шанс руками и ногами ухватятся! Что ни говори, но время работает на мятежников. Если полыхнёт глубинка, половина армии разбежится по домам, к гадалке не ходи.

Иван Богомол тяжко вздохнул и продолжил доклад:

— Возвращаясь к теме авиасообщения: большинство аэродромов взяты под контроль, но ещё остаётся несколько локальных очагов сопротивления там, где летунов поддержали армейцы. Существенного влияния на ситуацию они не оказывают. Завтра ожидается прибытие первых эскадрилий ОНКОР, послезавтра должны перебросить авиадесантников. С доставкой бронетехники и пехотных частей по железной дороге, увы, подвижек пока нет.

— Ну хоть что-то, — проворчал Альберт Павлович, но проворчал исключительно для виду.

Оно ведь как — в первую очередь пришлют операторов, успевших повоевать в Джунго, а даже батальон этих головорезов запросто может переломить ситуацию в нашу пользу.

— А что с «Асторией»? — спросил я, не без труда подавив зевок.

— После вчерашнего обстрела затаились как мышки, — сообщил Иван и взглянул на часы. — У Баюна совещание по этому поводу на десять назначено. Альберт Павлович, вы тоже приглашены.

— В курсе, — кивнул куратор. — Ты для меня по мобилизации операторов материалы подготовил?

— Вот, держите.

Иван передал Альберту Павловичу часть принесённых с собой бумаг, и я не выдержал, возмутился:

— Да погодите вы с материалами! Что на западном фронте?

— Идут бои, — коротко ответил Иван Богомол и развёл руками. — Ну а что ты от меня хотел услышать? Свежих сводок ещё сегодня не доводили!

— Но вчера-то доводили, так?

— Войска Окреста сумели продвинуться вглубь нашей территории, но о прорыве линии фронта и окружении речи пока не идёт. На границе со Срединским воеводством ситуация стабильная. На том направлении укрепрайоны лет двадцать строили, в лоб их до морковкина заговенья штурмовать будут.

— Там и подразделения СЭЗ развёрнуты.

Быстрый переход