Изменить размер шрифта - +
Перед головным вездеходом замерцало полотнище кинетического экрана, понеслись с позиций республиканцев росчерки трассеров, откуда-то с верхних этажей в ответ ударил пулемёт, взмыла осветительная ракета, прилетела и взорвалась в воздухе, осыпавшись на землю ворохом осколков, мина.

Перестрелка достигла своего апогея буквально в один миг — мне бы пожелать удачи нашим, а все мысли лишь о том, чтобы по машине из крупного калибра не жахнули. Так угодит снаряд, и полетят клочки по закоулочкам. Не хочу!

Автоколонна стремительно набрала скорость, проскочила квартал и вылетела на мост. Головной вездеход на полном ходу повернул на не столь уж и широкую набережную с односторонним движением, следом убралась с простреливаемого республиканцами проспекта и наша легковушка.

Я не утерпел и обернулся, сидевший за мной эмпат посмотрел назад и с облегчением перевёл дух.

— Прорвались!

И точно — замыкавший автоколонну «Капитан» не отстал и вслед за нами укрылся от обстрела за углом выстроенного вдоль набережной дома.

— Теперь только… — начал было эмпат, и в этот самый миг в арке по ходу движения колонны грянул взрыв!

Ударная волна опрокинула головной вездеход на бок и снесла его к ограждению набережной, через лобовое стекло выбросило кого-то из пассажиров, объятая пламенем фигура безжизненно распласталась на мостовой, а загоревшийся автомобиль встал наискось, но полностью проезжую часть не перегородил, и я заорал:

— Гони!

Вместо этого Григорий ударил по тормозам. Машина пошла юзом, дёрнулась и рывком остановилась, от баррикады вдогонку кортежу тут же ударил пулемёт, следом пространство перетряхнула энергетическая судорога, но наш автомобиль непроницаемым белым коконом окутала защитная структура — именно она и приняла воздействие на себя.

И какое воздействие! Меня словно в гигантский колокол поместили, внутреннюю энергетику сотрясли наведённые извне искажения, ещё немного и не удержал бы потенциал — просто повезло, что рассчитана атака была на операторов, прошедших инициацию в Эпицентре, а я от них определённым образом отличался. Да ещё кое-что понимал в деструктивных воздействиях, вот и успел погасить перетряхнувшие внутреннюю энергетику колебания, предотвратив тем самым спазм центрального узла.

Но и так — оплошал. Молниеносного движения Григория я попросту не заметил, тот со всего маху залепил мне локтем промеж глаз, а сам сиганул в распахнутую дверцу, следуя примеру ринувшегося из салона Горского.

Идиот! Меня-то за что?!

Пусть отчасти и удалось заблокировать силовой выпад, от удара хрустнул нос, а из глаз сыпанули искры. Ну а в следующий миг в голове сверкнуло ещё даже ярче — это ясновидение уловило отголосок энергетических вибраций, отправленных Горским в дом, откуда нас атаковали операторы. Зацепило меня лишь самым краешком, можно сказать — и не зацепило вовсе, просто малую толику искажений уловил, а едва не поплыл, так продрало, будто живьём кожу содрали.

Немедленным откликом вернулись колючие помехи, а здание содрогнулось от целой череды взрывов — пробежались по окнам вспышки, посыпались сверху стеклянные осколки, повалил на улицу дым. Горский умудрился запустить цепную реакцию, и вырываемая из операторов сверхсила не просто разгоняла и усиливала первоначальное воздействие, но и оборачивалась перепадами давления, выбросами теплового излучения и выплесками кинетической энергии. В здании разверзся ад.

Из перебитого носа хлестала кровь, а голова шла кругом, с кейсом в руках я вывалился из салона, кое-как выпрямился и огляделся. Операторы из нашей замыкающей машины успели прикрыться от обстрела со стороны моста многослойным кинетическим экраном — пули били по стенам домов и ограждению набережной, рикошетили и впустую свистели над головами, когда же попадали в энергетическую завесу, то падали на мостовую не в силах её преодолеть.

Быстрый переход