Роланд с любопытством разглядывал Азур. Выглядела она как норийка, но при этом чувствовалось в ней что-то особенное. Неудивительно, что Аксис забыл о Фарадей, думал Роланд, улыбаясь остроумным замечаниям Азур об икарийских музыкантах. К тому же она ему и сына подарила. В ребенке, таком еще маленьком, угадывались необычайные способности. Широко раскрытыми синими глазами он смотрел по сторонам. Наверное, чародейская кровь сделала его таким развитым, подумал герцог и взглянул на неотступно следовавшую за Азур гончую. Невелон рассказывал ему и об этой женщине, и об умении ее обращаться с луком, и о своре гончих-убийц. Возможно, что ребенку есть что унаследовать и от нее.

— Бедный Невелон, — сказала Азур, резко сменив тему разговора. — Я слышала, что его утащила грифа.

Изумившись, Роланд лишь кивнул. «Да, в ее жилах наверняка течет чародейская кровь, — подумал он, — она же читает мои мысли».

— Мы тоже потеряли близких друзей, — сказала Азур, — их убили грифы. Это страшные чудовища. Я сожалею, что ранила Невелона. Магариз сказал, что он был хорошим человеком.

— Он в этих переменах, миледи Азур, не разобрался. Как и большинство людей.

Азур сделала вид, что не заметила присвоенного ей титула, и пригубила вино. Вокруг свет, и музыка, и разговоры. Сын прижимался к ее плечу.

— Порою жизнь совершает зигзаги, требующие от человека большого мужества, — сказала она и подумала, что к ней это относится не в меньшей степени, чем к Роланду. Не бойся и принимай случившееся. Да, это хороший совет. Что ж, она смиренно примет то, что готовит ей будущее. Любовница? Куртизанка? Возможно. Возлюбленная? Да, и еще раз да.

— Знаешь, — вырвалось у Роланда, — года три назад я посоветовал Аксису не жениться и не слишком влюбляться. Утверждал, что военному человеку не следует отвлекаться на любовные похождения. «Если делать выбор между мечом и женщиной, — говорил я ему, — лучше выбрать меч: он не изменит».

Азур широко раскрыла глаза, и Роланд улыбнулся.

— Я ошибался, Азур, и рад, что Аксис проигнорировал мой глупый совет. Он никогда бы не добился этого, — и он повел рукой, указывая на Большой зал Сигхолта, — если бы рядом не было тебя. Что я пытаюсь сказать? Да то, что, как ни стараемся мы управлять жизнью, чаще она сама управляет нами, и очень часто это идет нам на пользу, хотя мы этого не понимаем. Аксису повезло, миледи Азур, в том, что ты вошла в его жизнь. Имя твое в Сигхолте пользуется чуть ли не меньшей популярностью, чем его.

Слезы навернулись на глаза Азур. Калум вывернулся из ее рук и протянул ручонки к Роланду. Смеясь, тот взял ребенка и подбросил вверх.

— Если Аксис добьется успеха, этот малыш в один прекрасный день станет королем, — сказал он, и Калум довольно загулил.

— Азур, Роланд, — поприветствовал их Велиар. Рядом с ним Юла, вернувшаяся ради вечера к обычной расцветке оперения — золотой и фиолетовой.

Почтительно поклонившись, проходивший мимо слуга налил им в бокалы сухого фруктового вина.

У Аксиса, похоже, снабжение налажено намного лучше, чем я предполагал, — заметил Роланд, ловко перекладывая Калума на другую руку, — если он пьет золотой Ромсдейл, в то время как Борнхелд с ближайшим своим окружением довольствуется дешевым красным вином.

— Это вино, Роланд, долгие годы хранилось в подвалах Сигхолта, — сказал Велиар. — Вся наша орава не выпьет его и за три года. А что до продуктовых маршрутов — с ними не так хорошо, как прежде. — Лицо Велиара приняло озабоченное выражение. — Граф Бурдел в Скарабосте сметает все на своем пути.