— Да, я с Нором и Тарантезом, Аксис, но приехали мы сюда, чтобы к тебе присоединиться. Мы не против тебя.

Аксис так был поражен, что рот его невольно открылся, пока он не опомнился и не принял достойный вид.

— Конечно, — продолжила Эмбет, заметно было, что она развеселилась, — бароны Исгрифф и Гревилл выдвигают некоторые условия.

Аксис поморщился.

— И этому я не удивляюсь.

— Я поехала одна, потому что в меня ты вряд ли послал бы стрелу, другое дело — Исгрифф и Гревилл. Так ты встретишься с ними?

— Велиар, Магариз, что вы на это скажете? — спросил Аксис. — Должен ли я встретиться с этими двумя баронами, или, по вашему мнению, это ловушка и нам следует идти в атаку?

— Я не стала бы заманивать тебя в ловушку, — возмутилась Эмбет. — Слишком много мы когда-то значили друг для друга.

К ним подъехала черноволосая норийка, а с ней самый странный человек, которого Эмбет когда-либо приходилось видеть. Все лицо его изрезано было голубой татуировкой, а в центре лба красовалось кроваво-красное солнце. Ехал он на безобразнейшей лошади. Эмбет снова посмотрела на женщину. Заметив, что через плечо ее перекинут лук, она отбросила первоначальную свою мысль о том, что это — норийская потаскуха. Шлюхи, известное дело, всегда сопровождают армии.

— Выбора у нас нет, — поразмыслив, сказал Велиар. — Будем вести переговоры. Признаюсь, мысль о девяти тысячах хорошо вооруженных всадниках меня соблазняет.

Аксис кивнул.

— Магариз?

— Я придерживаюсь того же мнения, — ответил Магариз. — Испытываю чувство благодарности к баронам, желающим переговоров. — Как и большинство солдат армии Аксиса, он провел беспокойную ночь: крутился в спальном своем мешке. Магариз был опытным воином, но одна мысль о том, что сражаться предстоит против людей, которых когда-то он называл друзьями, была ему отвратительна.

Аксис кивнул.

— Хо'Деми?

Эмбет перевела взгляд на голубого дикаря. Он что же, рейвенсбандец?

— Я заварю и подам всем текаву, — сказал он торжественно. — Текава — священный напиток, он обеспечит успех любым переговорам.

— Буду ждать с нетерпением этого момента и выпью текаву с тобой и потенциальными своими союзниками, — сказал Аксис и взглянул на Азур. — Правда, Азур, солнышко мое? Ты согласна со своими коллегами?

Всех удивило сказанное Аксисом ласковое слово. Личные отношения Аксиса с Азур в официальной обстановке никогда не подчеркивались. Обычно они общались друг с другом, соблюдая субординацию. Аксис сделал это намеренно: надо было дать знать Эмбет о своих отношениях с Азур, да и всем показать, что любовь свою к ней он скрывать не намерен. Она будет стоять рядом с ним, как пользующийся уважением командир и как его возлюбленная.

Эмбет была потрясена. Любовница и одновременно командир отряда? Аксис холодно наблюдал за произведенным на нее впечатлением. Призвав на помощь многолетний опыт светской женщины, Эмбет постаралась ничем не выдать своего изумления и расправила плечи. Каков мерзавец! А как же Фарадей?

— Если есть возможность не сражаться, я это только приветствую, — сказала Азур, спрятав сумятицу чувств. Он признал ее перед этой женщиной и командирами! — Я высказываюсь за переговоры.

— Тогда мы будем вести переговоры, — сказал Аксис. Он выпрямился в седле. — Встретимся возле Могильных курганов.

— Тебя там уже ожидают, — ответила Эмбет. И снова взглянула на женщину. Никак не думала, что Аксиса могут заинтересовать норийки, во всяком случае до такой степени, чтобы публично демонстрировать это.