Что то побудило меня спросить:

– Ты хочешь детей?

Он посмотрел мне в глаза.

– Да.

Я моргнула, отворачиваясь от интенсивности этого изумрудного взгляда. И все же я все равно чувствовала, как он смотрит на меня, вес его взгляда въедался в меня, пока я сканировала игровые палатки.

– Хочешь попробовать? – я показала на башню из консервных банок, которую нужно было обрушить броском мяча.

– Нет.

Ангелы не выбирали того, с кем им вступать в брак, с кем им заводить детей. Все это устраивалось Легионом и их тестами – тестами, которые предсказывали пары с наибольшей вероятностью произвести детей с высочайшим потенциалом последующего превращения в ангелов. Я никогда на самом деле не задумывалась о том, что случится, когда Легион найдёт для Неро магически совместимого солдата.

Ладно, давайте на минутку перестанем вешать лапшу на уши. Я не хотела думать об этом. И ничего не изменилось. Я все ещё не хочу об этом думать.

Я показала на другую игру, которая включала удары по мигающим огонькам игрушечным поролоновым мечом.

– Как насчёт этого?

Он выглядел оскорблённым самим предложением.

– Как ещё ты произведёшь на меня впечатление своей мужественной доблестью? – поддразнила я его.

– У меня для этого есть способы получше, – взгляд его глаз был опасным.

Меня спасло чудо. Или, если быть точной, меня спасла Белла.

– Леда, – произнесла она, очень изящно помахав мне. Это было махание королевы.

Как всегда, волосы и макияж моей сестры выглядели безупречно. Её синее шёлковое летнее платье было идеально отутюжено. На серебристых сандалиях не было ни пятнышка. Учитывая пыльное состояние улиц, этот подвиг объяснялся лишь магией. Но вопреки её собранному облику, она явно пребывала в совершенном раздрае. Взгляд её глаз был встревоженным, нервным.

– Что случилось? – спросила я, обнимая её.

Я не видела Беллу с нашей встречи за обедом несколько лет назад, но тогда с ней, кажется, все было хорошо.

– Мне нужно поговорить с тобой. Наедине,  – добавила она.

– Я знаю, что случилось, – сказал Неро.

Удивление мелькнуло на её лице – удивление и предательство.

– Харкер тебе сказал?

– Нет, это были твои мысли, – ответил он. – Они кричат об этом. Тебе повезло, что в городе сейчас нет других телепатов.

Белла побледнела.

– Что происходит, Белла? Ты и Харкер… – изогнув губы в усмешке, я позволила невысказанному неприличному намёку повиснуть в воздухе между нами.

– О боги, Леда, нет! Ничего такого.

Цвет стремительно вернулся на её лицо. Весьма впечатляющий румянец. Так значит, ей действительно нравился Харкер. Интересно. Я сделала мысленную пометку подразнить её потом на этот счёт.

– Белла! – радостно воскликнула Джин, несясь через толпу. Она сграбастала нашу сестру в объятия.

Калли и Тесса не сильно отставали.

– Почему Белла краснеет? – спросила Тесса.

Что, само собой, лишь заставило Беллу покраснеть ещё сильнее.

Неро посмотрел на неё, затем на меня.

– Идёмте со мной, – он зашагал прочь.

Белла, Калли и я пошли следом. Джин и Тесса пристроились за нами.

– Думаешь, он имел в виду всех  нас? – прошептала Джин Тессе, пока мы шагали за Неро по территории фестиваля.

– Боги, надеюсь, что так.

– Тесса, прекрати пялиться на задницу моего бойфренда, – предостерегла я её.

– С чего ты взяла, что я пялюсь на его задницу? Ты меня даже не видишь, – сказала она с вызовом в голосе.