Наконец после бесчисленных расспросов Виталий обнаружил в одной из квартир, в небольшой комнате, где, видимо, первоначально была запланирована кухня, нужного ему работника отдела кадров.

Разговор обещал быть не из лёгких. На этот раз перед Виталием сидел не простоватый и болтливый старичок бухгалтер, а молодой, «тёртый» и востроглазый человек, улыбчивый, предупредительный и вкрадчивый, от которого, казалось, невозможно было уберечь ни одну сокровенную мысль. И в то же время Виталий понимал, что не дай бог, если он эту сокровенную мысль, то есть подлинную цель визита Виталия, уловит. Тогда идти на свидание с Владимиром Сергеевичем будет бесполезно, да и вообще любая работа вокруг него будет обречена на провал.

Разговор предстоял трудный, но это в конце концов было по-своему увлекательно. Каждому из собеседников важно было всё, что можно, узнать и при этом самому ничего не сказать. А сложность вся заключалась в том, что если ничего не говорить, то не представлялось возможным и что-либо узнать.

Начинать разговор, естественно, полагалось Виталию. Впрочем, придумать повод для своего визита особого труда для него не составило.

Молодой сотрудник по имени Саша — так запросто он попросил себя называть, — тонкий, гибкий, в спортивной кремовой рубашке с необычным отложным воротником и короткими рукавами, в узких, а внизу расклёшенных коричневых брюках, выслушал Виталия с подчёркнутым вниманием и, достав различные бумаги, разложил их на столе.

Начал он с того, что перечислил все магазины торга и их директоров. Виталий вынужден был выслушать пространнейшие характеристики совершенно не интересных для него людей, демонстрируя при этом максимальное внимание и заинтересованность, время от времени даже делая у себя короткие пометки.

Когда очередь дошла до Владимира Сергеевича, Саша, не меняя делового, хотя и несколько пренебрежительного тона, сообщил, махнув рукой:

— Это один из лучших. Умеет торговать. Магазин всегда, из месяца в месяц, выполняет план. Улавливает самые прогрессивные методы. Успешно внедряет. Строжайшая дисциплина в коллективе. Много лет уже ни одной жалобы со стороны покупателей. Это много значит, имейте в виду. Используется по заданиям торга.

— Что это значит? — поинтересовался Виталий.

— У нас же существуют прямые договоры с предприятиями. И не только в Москве. Владимир Сергеевич умеет вести такие переговоры. Вот недавно, например, послали его в… — И он назвал город, где Виталий побывал всего четыре дня назад.

Тот самый город! Виталий насторожился. Какое, неожиданное открытие! Связана ли поездка Владимира Сергеевича туда с приездом Николая в Москву, а возможно, и с его убийством? Или это была всего лишь обычная командировка? Где же побывал Владимир Сергеевич, приехав в тот город, с кем встретился там? Хотя бы официально, в открытую. И когда, когда точно это было?

Виталий спохватился. Только бы не выдать своего волнения под этим напряжённым, ищущим взглядом, только безмятежность и спокойствие должны быть на лице, в голосе, изо всех сил только это!..

И Виталий воскликнул, как бы на минуту забыв о цели своего визита:

— Ха! Я же был в этом городе! С кем же вы там ведёте дела, интересно?

Он ждал реакции на эти слова. Может быть, Саша в курсе каких-либо махинаций там Владимира Сергеевича?

Но на открытом, загорелом и улыбчивом лице Саши не дрогнул ни один мускул, ни тени тревоги не промелькнуло в глазах. Саша только ещё шире и радостнее улыбнулся и сказал спокойно и даже чуть хвастливо:

— Ну, у нас с ними обширные связи. Там же находится большой камвольно-суконный комбинат. На отличном счету. Часть продукции идёт с государственным Знаком качества. Его получить — это что-нибудь да значит. Наши магазины её с руками оторвут. Потом там меховая фабрика — тоже не фунт изюму, я вам доложу.