— Вообще-то нет, — ответил Мендес. — Ладно, это неважно. Я бы в любом случае приехал к вам. Вы в последнее время видели Балленкоа?

— Балленкоа… — хмыкнул Нери. — Хотелось бы никогда о нем не слышать.

— С ним были проблемы? — поинтересовался Мендес, чувствуя, как слабый заряд электричества пронизывает все его тело, что случалось всякий раз, когда у него появлялось ощущение, что он вышел на след.

Нери закатил глаза.

— Проблема не в нем, а в той женщине.

— Вы имеете в виду миссис Лоутон?

— Я понимаю, почему она хочет голову этого парня, но при чем тут я? Не могу же я взмахом волшебной палочки заставить его совершить какое-нибудь преступление, за которое его посадят всерьез и надолго! Или я должен вытащить ее пропавшего ребенка у себя из одного места?

— Вижу, вы преисполнены сочувствия к ее горю, — съязвил Мендес.

— Послушайте, — возразил Нери, — я не злой человек. Я понимаю, что на их семью обрушилось огромное горе, но полиция Санта-Барбары не смогла установить связь Балленкоа с этим преступлением. Они могут думать все, что им заблагорассудится, но правда состоит в том, что у них ни хрена на него нет. У нас, кстати, тоже. Что, спрашивается, нам делать? Балленкоа никого не трогает. Никто на него не жалуется. Никто из девочек-подростков у нас не пропадал. А эта Лорен Лоутон каждую неделю донимала меня вопросами. Почему мы не делаем этого? Почему мы не можем того?

Вдруг лицо Нери напряглось. Видно было, что в его голове зародилась новая мысль.

— Последнее время она здесь не показывалась. Что с ней? Она, случаем, не умерла?

— Она переехала в Оук-Кнолл, — сказал Мендес.

Нери истерически расхохотался и шлепнул ладонью по столу.

— Блин! Сочувствую вам, ребята!

Мендес нахмурился. Не то чтобы он не видел, какой психованной может быть Лорен Лоутон, но, учитывая все обстоятельства, детектив понимал, что мать просто ищет свою пропавшую дочь. Она имеет право быть докучливой. Кажется, никто этого не понимает. Скорее всего, люди склонны терпеть материнское горе лишь некоторое время, а потом начинают думать, что ей следует отказаться от поисков и отступиться.

То же самое с Таннер и этим идиотом.

— Балленкоа до сих пор живет в Сан-Луисе? — несколько резковато спросил он у Нери.

Тот, даже не взглянув на него, буркнул:

— Да.

— Точно?

— Последний раз, когда мы к нему заезжали, он был на месте.

— А давно это было?

— Я, кажется, говорил, что последнее время миссис Лоутон нам не докучала.

— В вашем городе живет потенциальный похититель детей, а вы ничего не предпринимаете, если вам не звонит женщина из другого города. Так получается?

Мендес чувствовал, что начинает заводиться.

— Когда он только сюда переехал, мы очень часто к нему наведывались, — начал оправдываться Нери. — В конце концов он пригрозил, что подаст на нас в суд за немотивированное преследование. Балленкоа — свободный человек, и за два года, что он здесь, парень ничего не сделал, чтобы рискнуть изменить этот статус. Мы просто не можем донимать его без веских причин.

— Когда вы в последний раз его видели? — спросил Хикс.

Нери заерзал на стуле, явно чувст