Изменить размер шрифта - +
На дачу.

 

— На какую еще дачу?

 

— На нашу с Костей дачу.

 

— Костя там, он жив?

 

Раиса Сергеевна помедлила с ответом.

 

— Отдохните, Виктор. Приедем на дачу, обо всем поговорим. Сейчас вам лучше всего уснуть.

 

— Я не смогу! Простите, как вас зовут?

 

— Раиса Сергеевна.

 

— Раиса Сергеевна, как вы оказались у бандитов?

 

— Виктор, если не можете заснуть, попробуйте расслабиться и вспомнить что-нибудь хорошее из прошлого, отвлечься...

 

— Да не смогу я! Если бы вы знали, что со мной произошло!

 

— Вот и расскажите, если не можете взять себя в руки и успокоиться. На даче вы нужны мне свежий и отдохнувший. У нас с вами будет длинный и обстоятельный разговор...

 

— О чем?

 

— Давайте сначала приедем на место. Можете пока начать излагать свою историю. Только, пожалуйста, тихим ровным голосом, не мешая мне вести машину, договорились?

 

— Хорошо... Все началось сегодня утром... Нет! Все началось месяц назад. Мне позвонил один давнишний знакомый, сказал, что какой-то Мышкин ищет специалиста по компьютерам...

 

Долго еще Виктор сбивался, перескакивая с начала истории то в конец, то в середину, но постепенно он как бы самоустранился от событийного ряда и начал пересказывать все с ним случившееся как сюжет одного из набивших оскомину малобюджеткых отечественных кинобоевиков.

 

Раиса Сергеевна внимательно слушала, не перебивая и не уточняя малопонятные ей детали. Чем дольше он рассказывал, тем резче обозначались морщины на ее миловидном лице. К концу повествования Раиса Сергеевна постарела лет на десять-пятнадцать. Услышанное ею было правдоподобно до жути, все концы вполне логично сходились, и Рысь поняла, что намеченное ею дознание с пристрастием бессмысленно, никакие пытки не смогут внести большую ясность в его рассказ. Скворцов, как и она, не имеет ни малейшего представления, где искать Костю и что с ним в действительности стряслось.

 

Мелькнула слабая надежда, скорее, не надежда, а самообман, что Костя может оказаться на даче, куда они почти уже приехали. На часах десять минут шестого, еще один поворот, с шоссе на грунтовку, еще минут двадцать по твердому, не по-весеннему снежному насту, и машина выскочит на просторную вырубку посреди леса, усыпанную приземистыми каменными домишками, такими обманчиво маленькими в контексте щедрого на горизонты подмосковного пейзажа.

 

Двадцать минут промчались незаметно, весело потрескивая снежком под колесами «Жигулей». Постоянный житель этих мест, вечный дачник, сторож садово-огороднического товарищества «Черные грязи» проводил сонным взглядом въехавший на вверенную ему территорию автомобиль. Обычное дело, весна как-никак, да к тому же пятница, видать, особо нетерпеливые буржуи спешат проведать частную собственность, одна иномарка сегодня уже проехала, теперь вот и «жигуль» проскочил.

 

Машина доползла до двухэтажного домика красного кирпича с остроконечной черепичной крышей. На ажурном заборе вокруг участка кое-где серели комки подтаявшего снега, ровная обледенелая корка у калитки явственно сигнализировала о том, что здесь давно никто не бывал.

 

— Приехали? — спросил Виктор.

 

Раиса Сергеевна вяло кивнула.

 

Виктор открыл дверцу.

 

Кристально чистый воздух оказал на него поистине целительное воздействие — глаза вновь обрели способность видеть, а уши — слышать.

Быстрый переход