— Что это значит? — спросила девушка.

Даже Людвиг догадался, о чем спрашивала Регина. Она явно искала человека престарелого или находящегося не в своей памяти, который мог попасть в это лечебное учреждение без документов.

— Да, — вдруг осенило девушку, — может быть. Мы ведь не как все, если нет страхового полиса и паспорта, то от ворот поворот. Мы недавно открылись. Наша клиника экспериментальная. Видите, какая красивая! — Девушка показала на стены, подвешенный в холле телевизор. — Не многие еще знают о нашем существовании. А в других больницах вы уже проверяли?

Регина достала длинный лист.

— Каждый день я посещаю по одной. Мне уже осталось… — Она провела пальцем по списку.

Людвиг быстрым шагом преодолел расстояние от входной двери до регистратуры.

— Вы кого-то ищете? — Слова немца, раздавшиеся над ухом, для нее прозвучали как взрыв бомбы.

Она вздрагивает от неожиданности. Чувствуется, ей неприятно, что он сует нос в чужие дела.

— Она что, гражданка не нашей страны? — услышав иностранную речь, сразу же всполошилась девушка в окне.

— Нет. — Регина, огорченная, что Людвиг вмешался в ее дела, печально покачала головой.

— Хотите, мы дадим ей денег для ускорения процесса? — шепчет он на ухо своей неприступной спутнице и, не дождавшись ответа, протягивает сотенную регистраторше.

— Спасибо, мы не нуждаемся в деньгах, — гордо отказалась девушка. Своими круглыми голубыми глазами она без всякого лукавства смотрит на посетителей. — Мы здесь все работаем по собственному желанию, мы студенты-медики… волонтеры. Понимаете, как в хосписе? — поясняет она.

— Это больница какого профиля? — обращаясь к Регине по-немецки, поинтересовался Людвиг.

К удивлению немца, медсестра поняла, о чем речь.

— Сюда по «скорой» привозят всех подряд и… — Ответ прозвучал по-английски.

— Иногда люди попадают в больницы, оставив дома все документы, — не дослушав регистраторшу, произнес по-английски Людвиг.

— И что тогда? — Регина посмотрела сначала на регистраторшу, затем на Людвига.

— У вас такие содержатся? — поинтересовался немец.

— Наверное. — Девушка пожала плечами.

— Как вы их маркируете?

— Это же не товар, а люди.

— Не важно. Я выразился неточно.

— Надо спросить у дежурной сестры.

— Пожалуйста, я вас прошу… — решив побыстрее закончить с проблемами Регины, поторопил регистраторшу немец. Желудок предательски урчал. Хотелось есть. — Я приехал издалека специально, чтобы найти… — беззастенчиво солгал он и посмотрел на Регину в надежде, что она продолжит и назовет фамилию того, кого ищет.

Но она молчала.

Регистраторша взглянула на презентабельного пожилого иностранца, улыбающегося ей просительной улыбкой, и растаяла:

— Хорошо, я сбегаю, узнаю.

В ее голубых глазах скользнул огонек кокетства и уважения к иностранному господину. Регина недовольно дернула плечом: мол, почти полчаса беседую с тобой, такой прыти не проявляла!

— Сейчас-сейчас! — заметив, что он взглянул на часы, повторила девушка и исчезла из окна.

Они остались вдвоем. Регина, пряча взгляд, молчала. Людвиг, чувствуя, что ей не по себе и, более того, что она уже пожалела о своем согласии ужинать с ним, даже не пытался завязать с ней разговор.

Зачем ему чужие проблемы? Тем более не очень-то приятные.