|
Если ты причинил кому-то боль — вольно или невольно — наступит время, когда такую же боль причинят тебе.
Нэш отбросил покрывало и взглянул на приоткрытую дверь ванной. Похоже, страховка кончилась. Во всяком случае, от мысли, что он больше не увидит Сэнди, ему становилось почти физически плохо.
Он вскочил с постели и нервно зашагал по комнате. Спокойно, Нэш, спокойно! Тебе нравится эта девушка, нравится заниматься с ней сексом, в этом нет ничего плохого, это нормально, это даже хорошо, значит, ты еще не окончательно заработался…
Это любовь.
Нет. Нет! Нет!!! Нет?
Он был уверен, что знает о сексе все, но вот насчет любви…
Сэнди выглянула из ванны и недоуменно посмотрела на голого и несчастного Нэша, замершего возле окна.
— Эй! Что-то случилось? Ты почему кричал «нет»?
Он обернулся и посмотрел на нее. Сэнди надела шорты цвета хаки и белую шифоновую блузку, под нее — белый топ. И выглядела при этом не менее сексуально, чем красавицы из эротических журналов, на которых одежда практически отсутствовала.
Господи, да я же влюбился в нее!
— Ты готов? Хотя, прости, это глупый вопрос. О да, он не готов, он даже близко не готов, ни к чему не готов, никогда не был готов…
— К чему готов?
— Как к чему? Забирать шкатулку из машины, естественно!
— О… да… конечно!
Нэш почти опрометью кинулся в ванную, но страшное слово на букву «л» с мягким знаком на конце игриво подмигивало из запотевшего зеркала, сверкало в тугих струях душа, смеялось в каждом пузырьке мыльной пены…
Нэш Оуэн вышел из душа со смятенной душой и устремил кроткий взор на Сэнди Хоук.
— Так что ты говорила, куда мы идем?
— М-да… Хорошо. Мы идем на стоянку арестованных автомобилей, чтобы влезть в твою машину и забрать оттуда шкатулку с бижутерией. Кому мы должны ее отдать, рассказывать?
— Нет. Спасибо. Я все прекрасно помню. Идем.
Только один вопрос — ты понимаешь, что мы не сможем этого сделать без ведома трех друзей из ФБР? А также без ведома голодных доберманов. И я не знаю, что хуже.
— Я в курсе. Пошли.
Он ошеломленно последовал за ней и только в лифте обрел дар речи.
— Что ты имеешь в виду?
— Ролли говорил, что в жизни каждого частного детектива настает момент, когда надо заклятых врагов превращать в союзников.
Опять Ролли. Нэш вздохнул. Сэнди рассмеялась.
— Бодрее, Нэш. Мне кажется, сегодня мы выясним, кто наш друг на самом деле.
Нэш выглядел от души потрясенным, нужно это признать. Сэнди буквально не узнавала своего неутомимого любовника. Он не отпускал шуточек, не лез ей под блузку и в шорты, чтобы проверить, какого цвета у нее белье… Он смотрел на нее серьезно и строго, с тихой печалью во взоре, и это начинало раздражать. Выйдя из отеля, он направился в совершенно неизвестном направлении, и Сэнди пришлось громко и не слишком ласково его окликнуть.
В такси он отсел от нее подальше, явно мечтая оказаться вообще в другом месте. Когда она тронула его за руку, Нэш едва не взвился в воздух, а потом почти впечатался в самый угол сиденья. Сэнди начала закипать.
¾ Я что-то пропустила?
— Просто… просто мне кажется, что это была не лучшая идея.
Сэнди вместо ответа быстро просунула ладонь ему под рубашку и вкрадчиво прикоснулась к маленькому твердому соску. Ночью эта ласка привела его в состояние полупомешательства, а сейчас он строго и скорбно посмотрел на нее — так мог бы монах-отшельник смотреть на забредшую в его пустыню танцовщицу из ночного клуба.
— Я говорю совершенно серьезно, Сэнди. Слишком серьезно, черт возьми. |