Сержант Беттс заколебался при виде комнаты, полной людей.

— Ну? — сердито осведомился старший инспектор. — Говорите! В чем дело?

— Это насчет пьяного парня… — с сомнением отозвался Беттс.

— Да?

— Он действительно в своей комнате, сэр. Я слышал его храп через замочную скважину. Но на мой стук никто не отозвался, а он запер дверь на засов. Что мне делать — поднять шум или взломать дверь?

— Нет. Пока оставьте его в покое. Что еще?

— Только что через дверь в полуподвал вошла старуха, а с ней хорошенькая малышка. Старуха назвалась экономкой. Она навеселе и держится дружелюбно. Хотите повидать ее?

— Да, — мрачно сказал Хэдли. — Здесь уже многие побывали — эти двое будут последними. Я наконец разберусь в этом. Пришлите их сюда, Беттс. Не упоминайте об убийстве — скажите, что произошло ограбление.

Знаком он велел остальным молчать. Мелсон напряженно ожидал прихода миссис Горсон и Китти, надеясь, что это прояснит хоть что-то, но их появление его разочаровало. Они показались ему мало подходящими на роль подозреваемых. Миссис Горсон вошла в комнату с преувеличенной спешкой. Это была крепко сложенная женщина, вероятно когда-то отличавшаяся незаурядной красотой, от которой сейчас осталось только приветливость. На ней была шляпа с пером и множеством изгибов, как у американских горок. Выпуклые карие глаза походили на коровьи, а отсутствие большинства передних зубов делало более заметными один-два, еще остававшиеся на верхней челюсти. Говоря, она резко откидывала голову и медленно наклоняла ее вперед, драматически повышая при этом голос, как будто имитировала порыв ветра. Жестикуляция была соответствующей.

— Вижу, мэм, у вас тут полиция, — дружелюбно обратилась она к миссис Стеффинс, как будто говоря о гостях, и тут же возобновила демонстрацию театральных манер. — Это ужасно, хотя мне сообщили, что ничего не было украдено. Должна извиниться за наше запоздалое возвращение. Дело в том, что наш омнибус столкнулся с грузовиком на Фулем-роуд, после чего водитель и кондуктор автобуса обменялись весьма скверными словами с шофером грузовика…

— Угу! — подтвердила Китти, энергично кивнув. Ее лицо раскраснелось, а шляпка сдвинулась набок.

— Я не задержу вас надолго, — сказал Хэдли. — Но я руковожу следствием и должен для проформы задать вам один-два вопроса. Ваше имя?

— …И нам пришлось идти домой пешком. Генриетта Горсон — с двумя «т», — добавила она, увидев, что Хэдли делает запись.

— Сколько времени вы проживаете в этом доме?

— Одиннадцать лет. — Женщина вскинула голову, и будто порыв ветра пролетел. — Я не всегда была такой, как теперь, — с ностальгическим вздохом промолвила она. — Мне доводилось ступать по театральным подмосткам.

— Да-да. А теперь, миссис Горсон, я бы хотел услышать подробный отчет о ваших передвижениях вечером.

— Выходит, полиции это интересно? — с восторгом отозвалась миссис Горсон. — У нас был чудесный вечер. Мы встретили в закусочной преданного рыцаря Китти, мистера Элберта Симмонса, а потом направились в павильон Мраморной Арки смотреть романтическую музыкальную кинокомедию «Принцесса Утопии». Актерский ансамбль был превосходный. Должна заметить, — добавила миссис Горсон, — что развитие сюжета соответствовало трем драматургическим принципам единства, последовательности и выразительности.

— Угу! — снова согласилась Китти.

— Вы были вместе весь вечер?

— Да.