Справка-заключение. Сов. секретно. Экз. N 4.

«Профессор А.В. Чаянов подвизался в области сельскохозяйственной экономики и имел свою «школу» — группу антисоветски настроенных специалистов и ученых. В советских условиях Чаянов возродил неонародническую теорию и в 1920 году он изложил ее основные положения в форме утопического повествования, опубликовав под псевдонимом Иван Кремнев книгу «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии». В книге описан «будущий идеальный общественный строй». Герой книги, участник советского социалистического строительства Алексей Кремнев, уснув будто бы в 1921 году, просыпается в Москве 1984 года. Принимаемый за гостя из США, он знакомится со страной.

Как объясняют ему, здесь с 1934 года на смену диктатуре пролетариата в результате поражения большевиков пришла к власти крестьянская партия, получившая на съезде Советов большинство голосов. Крестьянская партия и установила идеальный, национально-русский «крестьянский строй», который существует уже 50 лет.

В центре Москвы на месте гостиницы «Метрополь» разбит сквер, а в нем поставлена гигантская колонна, составленная из пушечных стволов. На вершине колонны памятник деятелям великой революции — бронзовые фигуры Ленина, Керенского и Милюкова, обращенные друг к другу спиной и дружески взявшиеся за руки. На барельефе внизу изображены еще фигуры Рыкова, Коновалова, Прокоповича.

Основой хозяйства «страны крестьянской утопии» является мелкое трудовое индивидуальное крестьянское хозяйство с земельными наделами по 3–4 десятины на двор. Одновременно существуют и крупные частновладельческие крестьянские хозяйства.

Чаянов восхваляет ручной труд крестьянина — мелкого производителя, движимого собственническими побуждениями.

В «стране крестьянской утопии» промышленности и рабочему классу отводится подчиненная роль: они призваны обслуживать сельское хозяйство, крестьянина.

Существует и частная инициатива капиталистического типа.

«Страна крестьянской утопии» является кулацкой страной, в которой существуют капиталистические порядки. Книга Чаянова может рассматриваться как кулацкий манифест и кулацкую политическую платформу, прикрываемую мелкобуржуазной фразой о «трудовом крестьянстве».

Затем Чаянов вступил в союз с Н.Д. Кондратьевым, эсером, заместителем министра продовольствия и членом подпольного контрреволюционного «Союза возрождения России». Он и его единомышленники занимали ответственные посты в Наркомземе, Наркомфине, Центральном Статистическом Управлении, Госплане, в научных учреждениях.

Имея возможность влиять на работу советских хозяйственных учреждений, они тормозили мероприятия по плановому регулированию промышленности и сельского хозяйства, по созданию колхозов и совхозов, противодействовали осуществлению классовой линии в налоговой политике.

Объединенная группа Кондратьева-Чаянова образовала в 1926–1929 гг. антисоветскую подпольную «Трудовую крестьянскую партию», которая вела вредительскую работу в советских хозяйственных и плановых учреждениях и пыталась наладить антисоветскую деятельность среди крестьян, натравливая их против коллективизации.

В партию входили эсерствующие интеллигенты и кулаки».

Справка подписана старшим оперуполномоченным управления МГБ старшим лейтенантом государственной безопасности таким-то.

Вот куда папаша мой залетел. Чаянова расстреляли, а как отец живым остался, это, наверное, чудо, а, может быть, сумел затеряться в толпе. Не лез вертухаям на глаза. Хотя лезь, не лезь, но если в бумажке записано, значит надо доконать человечка.

Один мужик на зоне рассказывал, как он на большой пересылке не отзывался две недели, не до него было, поэтому и попал на лесозаготовку в тот район, где уже работал.