4. Не ощущай вины, если ты торжествуешь во время убийства шлюхи. Ты произошел от древнего рода, ты мясоед. Твоя жажда крови естественна.
5. Любая женщина может стать шлюхой. Бери женщину, только чтобы продолжить род. Никогда не позволяй ей смутить твой ум или сердце. Все женщины самки, ни больше ни меньше.
6. Если учение передается, оно может быть передано только сыну, но НИКОГДА дочери.
7. Каждый Потрошитель должен найти своего собственного Абберлайна. Чтобы твои инстинкты не притуплялись и умение совершенствовалось, за тобой должны охотиться.
8. Пока ты не найдешь своего Абберлайна, ты должен действовать скрытно.
9. Умри, но не попадай за решетку.
10. Потомки Человека из тени бесстрашны. Они удовлетворяют свои потребности без колебаний и угрызений совести. Всегда будь в этом примером. Иди на разумный риск, играй, чтобы заставить кровь петь.
11. Никогда не забывай, что ты произошел от него — от Человека из тени.
— Черт, — шепчет Дон.
Я готова согласиться.
— Смотрите сюда, — зовет Алан.
В комнате три ряда полок.
— Еще анатомия. Разные тексты про Джека Потрошителя. — Алан подходит ближе, достает что-то с полки, открывает. — Так и думал. — Он смотрит на меня. — Альбомы. — Он листает страницы, останавливается на одной. Показывает мне.
На страницах наклеены черно-белые фотографии. На них молодая женщина, привязанная к столу, с кляпом во рту. Помещение на фотографиях напоминает то, в котором мы сейчас находимся. Я прохожу вдоль полок.
— Алан, — зову я.
Он подходит ко мне, и я показываю ему на стол перед нами и на фотографию.
— Черт, — говорит он и сжимает зубы. — Это было здесь.
На фотографиях запечатлены изнасилование, пытки и вскрытие молодой женщины. Все они несут некий показательный смысл: как это нужно делать. Как будто человек в маске проводит семинар по страданиям и унижению.
— Бог мой, — говорю я. — И много здесь таких фотографий?
— По-моему, около сотни.
Я пролистываю страницы с фотографиями и дохожу до записей.
Даже в восемь лет Питер проявляет себя достойным потомком. Он наблюдал, как я убил шлюху, фотографировал и задавал умные вопросы. Особенно его интересовала техника вскрытия. Я рад, что его вот уже год не тошнит при виде крови и расчлененного тела.
Я нахожу следующую запись.
На этот раз я взял Питера с собой на охоту. На следующий день ему не надо было идти в школу, и я решил, что самое время ему поучаствовать в охоте лично. Ведь ему уже десять лет. Я был доволен. Он очень одарен.
Замечание: он смутился, когда я сорвал со шлюхи одежду и у него встал член. Я объяснил ему механику этого явления и заставил шлюху доставить ему удовольствие рукой. Похоже, ему понравилось. Он потом поблагодарил меня.
И еще.
Сегодня Питер спросил меня, сколько мне было лет, когда я в первый раз убил шлюху. Я поколебался, прежде чем сказать ему правду. Он так гордится силой наших предков, что я боялся рассказывать ему о слабости моего отца. Боялся, что он станет сомневаться в благородстве нашей крови. Но в итоге я рассказал ему все: как мой отец скрывал от меня наше происхождение. Как я узнал правду только после тщательного изучения нашей генеалогии. Как мой отец все отрицал, когда я рассказал ему о своем открытии. Как он вместе с моей матерью внушал мне, что я сумасшедший. Я напрасно сомневался в Питере. Он смотрел на меня с обожанием, когда я рассказал ему о своем упорстве, о поисках правды и о мести отцу. Я буду помнить его восхищенный взгляд до самой смерти.
— Черт, — бормочет Алан. — Все, как рассказывала Патриция. |