— Кожаным, — психиатр как будто сам после такого вопроса в просак попал.

— Тогда общее — это вы, психиатр, — гоготнул Пельмень.

Доктор приподнял бровь, потом взглянул на карандаш в своих руках, которым делал пометки и улыбнулся кончиками губ.

— Хорошо. Ну и последнее. Последовательно отнимите от 100 по 17 единиц, и дойдите до нуля, — предложил психиатр новую задачку.

— Эм, без калькулятора считать? — озадачился Саня.

— Понятно все с вами.

— Че понятно то сразу, док?

Психиатр поставил в истории болезни и в обходном листе свою печать, там же расписался.

— Держите обходной, историю я сам сдам.

Саня взял обходной лист и с облегчением увидел, что прошёл осмотр.

— Теперь идите в регистратуру и поставьте печать поликлиники. Удачной вам практики на нашем предприятии.

Пельмень в приподнятом настроении вышел из кабинета, подошёл в регистратуру, там поставил недостающую печать у сотрудницы.

— Можете идти в цех, мужчина, — женщина в белом халате взглянула на часы, застывшие на отметке 11.30. — Сейчас правда обед начнётся через полчаса, но вы ступайте в любом случае, осмотритесь пока.

— Спасибо вам большое, — поблагодарил Саня, удивившись, что проторчал на медицинском освидетельствовании почти три часа. Быстро так время пролетело, он то думал, что проторчал в части максимум час-полтора.

Ну и с этими мыслями, полностью удовлетворённый, собрался выходить из медсанчасти и идти к себе в цех. Обед, не обед, женщина на регистратуре права — идти в цех надо уже сейчас. Пока осмотришься, пока смекнёшь куда там идти и к кому, чтобы направление на практику отдать. Однако выйти Саня не успел, потому как увидел одну любопытную картину. Двери медсанчасти открылись, да так, что едва не слетели с петель и внутрь ворвался мужчина средних лет с лысиной на голове, но с пышными усами. С выпученными глазами он бросился к стойке регистратуры.

— Любанька, на месте Белоконева? — без «здрасьте» он сразу перешёл к сути дела.

— На месте Белоконева, что у вас опять случилось, Влад? — обеспокоилась женщина, поднимаясь со своего стула.

— Неси историю болезни… — мужчина запнулся, будто вспоминая, чью именно историю болезни надо попросить. — Лопатов, второй цех. Участок тебе нужно назвать? Второй.

— Не нужно вообще-то, мы участки не фиксируем… так что там стряслось хоть?

Женщина уже искала историю на стеллаже. Причём недолго думая вывалила все документы на букву «Л», настолько спешила. И нервничала отчего-то.

— Живей давай булками шевели, что ты там копошишься! — торопил ее Влад.

— Да я ищу! Какой у тебя Лопатов хоть? У меня их тут аж два — А.Д или Л.Е.

— Я откуда знаю, давай обе истории!

— Ну ты же мастер на участке!

Влад отмахнулся, покосился на Пельменя, нахмурился, но быстро переключился обратно на Любу, вновь начал поторапливать женщину, которая итак вертелась юлой.

Пельмень заметил, что у мужика на спецовке расплылись пятна крови. Похоже, что у одного из его рабочих случилась производственная травма и отсюда вспыхнул весь этот сыр-бор. Производственная травма — дело крайне неприятное, особенно для тех людей, которые в ответе за технику безопасности. Чаще всего рабочие оной сами пренебрегают, но это не освобождает от ответственности тех же мастеров, можно очень даже хорошо прилипнуть, вплоть до уголовочки.

Пельмень по натуре человек любознательный решил задержаться и поглазеть, что такого стряслось на предприятии. Вариантов покалечиться на любом промышленном производстве — вагон и маленькая тележка. Но долго гадать не пришлось — в медсанчасть завели молодого паренька не многим старшим нынешнего Санька.