— Это правда, что Птолемей явился на Кос?

Соклей кивнул.

— Правда.

Он постарался произнести это глубоким торжественным голосом.

— Со своим флотом? С большим флотом?

— Да, это тоже правда. — На сей раз Менедем на мгновение опередил Соклея с ответом.

Но в отличие от двоюродного брата он говорил так, словно его это развлекало. Имея многочисленный флот, Птолемей мог смести всю Островную лигу с лица земли. Менедем это знал. Соклей это знал. И офицер, с которым они говорили, тоже знал, поэтому у него был очень несчастный вид.

— Вам известны его планы? — спросил он после паузы.

— О, конечно, — теперь Соклей ответил саркастическим тоном. — Птолемей специально пригласил нас на завтрак, чтобы мы могли все это обсудить.

Иногда, довольно часто, правда, приправленная иронией, срабатывала лучше, чем ложь. Офицер Антигона побагровел.

— Ладно. Ладно, — резко сказал он.

Конечно, он не поверил правде, хотя проглотил бы сколько угодно вранья. Соклей подумал: «А что бы сказал на этот счет Сократ, если бы кто-нибудь задал такой вопрос в его присутствии?» Его ответ стоило бы послушать, родосец в этом не сомневался.

— Вы будете торговать здесь завтра? — продолжил офицер.

На сей раз Соклей заколебался. Птолемей хотел, чтобы Полемей как можно скорей оказался на Косе. Но Наксос был достаточно большим полисом, и отказ провернуть тут дела заставил бы офицера призадуматься. Пока Соклей взвешивал все за и против, Менедем, подобно Александру, разрубил гордиев узел, заявив:

— В любом случае мы проведем здесь завтрашнее утро, почтеннейший, пока будем запасаться водой. А потом… что ж, мы как можно скорей хотим попасть в Афины.

По иронии судьбы офицера удовлетворил бойкий ответ, и он двинулся прочь по пирсу.

— Мы сможем добраться до Миконоса за полдня? — спросил Соклей.

— Отсюда? Думаю, что сможем, — ответил Менедем. — И кто знает? Возможно, мы и в самом деле продадим завтра на агоре немного шелка.

— Возможно. — Соклей не верил в это, но не стал спорить.

Нынешнее плавание уже преподнесло им пару сюрпризов.

Показав на север, Соклей спросил:

— Ты и впрямь уверен, что если мы выйдем завтра вскоре после полудня, то к закату доберемся до Миконоса?

Этот остров, издали казавшийся дымчато-пурпурным, поднимался над горизонтом справа от крошечного священного острова Делос и соседней с ним Ренеи.

— Я тебе уже сказал, что уверен, — ответил капитан «Афродиты». — Помнишь, как в прошлом году нам было трудно убедить тамошних жителей, что мы не шайка пиратов? — с улыбкой добавил он.

— Да уж конечно помню. В тех водах мы сами едва не попались пиратам. Ну а подобная перспектива меня совершенно не привлекает.

— На Миконосе много лысых. — Менедем пробежал рукой по своим густым темным волосам. — Ну а подобная перспектива меня совершенно не привлекает.

Соклей со смехом проговорил:

— Поосторожней, мой дорогой, или я упаду в обморок от твоей красоты. Как я вообще смогу ныне ночью лежать рядом с тобой на юте и надеяться заснуть?

Менедем невольно рассмеялся — но в придачу и слегка загордился. Он был красивым парнем, и в юности у него имелось более чем достаточно поклонников. Некоторое время на Родосе на многих стенах были нацарапаны признания в любви красавцу Менедему, и он наслаждался своей популярностью. Соклей, высокий, простоватый и неуклюжий, прятал свою зависть за маской безразличия.